Экономика : Лишние люди. Торлопов

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск



"Тема «лишних людей» в русской литературе и в российском обществе, как известно, возникла давно, поскольку время от времени на наших просторах нарождались любопытные персонажи, которых страна никак не понимала. Или они не понимали страну. Так и маялись наши онегины, печорины и обломовы, гадая: то ли сами они «лишние», то ли население у нас «лишнее». Правда, надо отдать им должное: никогда ни один Печорин не стремился управлять страной или хотя бы ее экономикой.

Не то сейчас. Не обремененные жизненным опытом юнцы, время от времени застывающие в гордой позе непонятых обществом реформаторов, видимо, все больше укрепляются в мысли о том, что лишние-то не они, лишний — народ. А раз так, можно спокойно вершить свои грандиозные дела на пользу… Вот тут, правда, возникает вопрос: на чью пользу?

Патент на закрытие

В феврале прошлого года группа МДМ высадила в Сыктывкаре десант «младореформаторов» в составе Николая Левицкого, Павла Орды и Алексея Кабина. МДМ — организация известная, просто так десанты не высаживает. Тем более в Коми, где сами недра, как банковские сейфы, набиты чистокровной валютой.
В результате высадки Николай Левицкий, занимавший перед тем пост президента минерально-химической компании «Еврохим», входящей в группу МДМ, стал первым заместителем Главы Коми Владимира Торлопова, а Орда и Кабин — просто заместителями.
Правда, Левицкий — человек в республике не новый. Еще в 1994 году («красивым, двадцатидвухлетним») он возглавил АКБ «Комибанк», где через пару лет и выработал свое главное «ноу-хау», свое непобедимое экономическое кредо, которое коротко можно обозначить примерно так: если ничего вокруг не можешь открыть, значит — все вокруг нужно закрыть. Вышеозначенный банк и стал полигоном для проверки этой оригинальной идеи. Дело в том, что в тот момент банк попал в щекотливую ситуацию: кредиты, щедро выдаваемые федеральным центром этой северной республике через Комибанк куда-то подевались. Тогда сей молодой человек кинулся в Москву, в Центробанк, и попытался «пробить» постановление о списании выданных республике кредитов (отдадим, кстати, должное его способностям: кого еще в столь юном возрасте просто так пустят в Центробанк?), ссылаясь на то, что предприятия, получавшие деньги, находятся на грани банкротства и никогда долгов не отдадут.
В Центробанке, правда, в тот момент не юнцы сидели. Они сразу сообразили, что молодой человек пытается на чужом горбу (то есть за счет федерального центра) в рай въехать. Поэтому от долга отщипнули (то есть списали) совсем чуть-чуть, а остальное велели отдавать.

Что бы сделал на месте Левицкого обыкновенный человек? Он бы, наверно, попытался как-то решить проблему созидательным путем. Помочь, например, терпящим бедствие предприятиям или, по крайней мере, договориться об отсрочке платежей до лучших времен. Но поскольку Левицкий — человек необыкновенный, то есть, говоря языком Белинского, «лишний», непонятый, то он поступил проще. А именно: закрыл банк, объявив лишними 60 тысяч жителей республики, которые числились в Комибанке вкладчиками. По этой истории даже было возбуждено уголовное дело, которое, правда, позже потихонечку замяли.

Призрак бродит вдоль по Коми

Эта история, видимо, так понравилась нынешнему хозяину сыктывкарского Желтого дома (так в Коми называют здание, в котором находится администрация Главы республики) Владимиру Торлопову, что у него аж дух захватило. Ведь при помощи такой доктрины можно запросто решить все стоящие перед республикой проблемы. Поэтому, как только ситуация созрела, он не просто сделал Левицкого своим первым замом, а еще и победно заявил, что «на Левицкого как на первоклассного менеджера возлагаются выработка экономической стратегии правительства и ее практическое осуществление». Хотя чего там вырабатывать? Все уже давно было выработано: закрывай, и дело с концом. А чтобы народ, наконец, понял, как ему «подфартило», в дело включились карманные торлоповские издания, в частности, газета «Экспресс-неделя», которая начала пугать население тем, что всю назначенную троицу могут в одночасье у республики отнять, потому что «Путин собирается взять ее в новое федеральное правительство», так как они могут «помочь питерским трезвыми идеями». Не ведомо, испугалось ли население Коми, но Путин, скорее всего, точно испугался их «трезвых» идей, поскольку перед ним и перед федеральным правительством стоят совершенно иные задачи.

Однако, подобно тому, как по Европе бродил марксов призрак коммунизма, так по Коми забродил призрак новой экономической политики, изобретенной Левицким. В ноябре 2002 года, еще до формального прихода к власти нового финансового мессии, Торлопов уже воспользовался его рецептами. Он осуществил сделку с находившимися в управлении Республики Коми государственными пакетами акций «Воркутаугля» и «Интаугля» таким образом, что оба эти градообразующие предприятия оказались, мягко говоря, в весьма двусмысленной ситуации. Нарушив требования федерального законодательства о предварительной экспертной оценке приватизируемых предприятий и о продаже их на открытом аукционе, Торлопов вступил в сговор со скандально известной Сибирской угольно-энергетической компанией (сокращенно — СУЭК) «Байкал-уголь» (кстати, тоже входящей в группу МДМ) и учредил вместе с ней ОАО «Печоруголь», передав туда государственные пакеты акций по цене, от которой у специалистов началась икота. Потому что 10 миллионов долларов за два угольных гиганта — это почти бесплатно. Но поскольку бесплатный сыр бывает только в мышеловке, остается только гадать, куда и в каком размере исчезла разница.
Свое решение передать государственные акции «Байкал-углю» Торлопов аргументировал стремлением данной компании к долгосрочному сотрудничеству с Республикой Коми. Она и посотрудничала. Обещанных 30 миллионов в «Печоруголь», естественно, не вложила, а на рынке энергетических углей, добываемых «Интауглем», успешно продавала продукцию других принадлежащих ей предприятий, вытеснив таким образом интинцев с их рынков сбыта. Таким образом, предприятиям Печорского угольного бассейна был нанесен значительный ущерб, привлекательность госпакета акций упала почти до нуля, а шахтеры уже приготовились питаться грибами и прочим подножным кормом, благо тайга — вот она, рядом.

Тут, наконец, решили все-таки устроить аукцион. Но представители «Байкал-угля», которые обещали в нем поучаствовать, Республику Коми элементарно «кинули» и сбежали, не попрощавшись. А зачем им? Все, что было можно, они уже взяли и закрыли. Спасибо «Северстали» — выкупила акции. Выкупила фактически от безысходности. А куда деваться, если этот металлургический гигант многие годы использует сырье из Коми? Не закрываться же! Словом, и в данном случае, в строгом соответствии с теорией Левицкого, ответственность «сбагрили» на сторону. Так бывший учитель Торлопов стал прилежным учеником еще недавнего студента.

Подвиг ликвидатора

Впрочем, вся эта история интересна еще и вот в каком контексте. Став первым заместителем Главы, Левицкий на всех перекрестках и во всех интервью заявлял о «твердых позициях» выдвинувшей его на ответственный пост группы. Через полтора месяца работы он говорил:
— Я всегда был приверженцем того, чтобы СУЭК стал собственником предприятий Печорского угольного бассейна… Моя позиция не меняется. СУЭК — это крупнейшая российская компания, которая занимается развитием именно угольного бизнеса. Любой другой инвестор из числа тех, которые рассматривались, — это либо спекулятивный игрок, работающий на перепродаже приобретаемых активов, либо промышленник, для которого уголь является сырьем для производства основного продукта… И если сравнивать при прочих равных, то «Байкал-уголь» является лучшим стратегическим инвестором.

Запомнили? В принципе, если не принимать близко к сердцу странную для государственного чиновника настойчивость в лоббировании интересов крупной коммерческой структуры, то можно сделать вывод о «твердости» и «трезвости» позиции Левицкого. Еще бы! Ведь «Байкал-уголь» — составная часть МДМ. А Левицкий со своими заместителями Ордой и Кабиным, как мы помним, были заброшены в республику именно на парашютах МДМ. Заброшены, как теперь уже ясно, с целью политического прикрытия совершенной Торлоповым угольной аферы. Поэтому, как только «Байкал-уголь» бежал из Коми, «твердые позиции» желторотых реформаторов мгновенно изменились. И Павел Орда, «позабыв» о заявлениях собственного шефа, сделал собственное:
— Приход «Северстали» должен решить проблемы всех угольщиков республики… «Северсталь» — стратегический партнер и инвестор для региона.

То есть «твердая» позиция как-то быстро помягчела. Оно и понятно, программа-минимум была выполнена, обнаружив, как это всегда проявляется в деятельности Левицкого и его партнеров, массу «лишнего». Комибанк оказался лишним. «Воркутауголь» и «Интауголь» оказались лишними. СУЭК «Байкал-уголь», завершив свою аферу, тоже стал лишним и сказался в нетях. Казалось бы, и Левицкий теперь лишний. Но он почему-то остается в республике. Почему?
Злые языки поговаривают, что из «Еврохима» наш герой тоже не сам ушел. Говорят, что его оттуда попросили, чтобы он и там чего-нибудь не ликвидировал. Следовательно, пока в Коми есть чего ликвидировать, он будет оставаться на боевом посту, совершая ежедневные подвиги по уничтожению всего живого. Под это уже и специальная программа подготовлена, которая почему-то называется антикризисной.

Теория на марше

Хотите еще одно откровение Левицкого? Отвечая на вопрос сыктывкарской газеты «Молодежь Севера» он позволил себе покритиковать принятую до него «Экономическую программу правительства Республики Коми на 2001-2005 годы» следующим образом: «Обеспечить рост производства и повышение его эффективности, внедрять современные ресурсосберегающие технологии, строить дороги…» Все правильно, только причем здесь правительство Коми? Разве оно влияет на эти процессы? Очень любопытно. А зачем же тогда правительство? И на что оно влияет? Может, поэтому индекс промышленного производства по России составил в прошлом году плюс семь процентов, а в Коми — всего лишь плюс 3,1 процента. Впрочем, гадать особо не нужно. В соответствии с давно отработанными принципами, из которых следует, что все нужно закрыть или разрушить, под что-то еще и выбить деньги из государства, а всю тяжесть ответственности перебросить на федеральный центр или просто на того, кто подвернется под руку, наша троица антикризисную программу и составила. Главное в ней, по признанию того же Левицкого, — получить из федерального бюджета средства на покрытие имеющегося дефицита. Дальше, как всегда, — поиск лишних. Цитирую: «Нужно убедить центр, что проблемы Инты и Воркуты — это общероссийская проблема. Избыточность населения, как известно, свойственна многим северным российским городам… В двух наших городах она составляет 60-70 процентов… Ответственность за состояние этих городов должны нести, прежде всего, федеральные власти».

Самое интересное, что столичный покровитель «коми ликвидаторов», бывший первый заместитель министра энергетики России Леонид Тропко, названный в свое время Аманом Тулеевым в эфире первого канала главным ответственным за трагедию на шахте «Западная» в Ростовской области, успел пообещать ребятам около двух миллиардов рублей, но дать не успел. А еще три миллиарда он же обещал «выбить» из федеральных средств на обеспечение республиканской программы по переселению «лишних» людей из Воркуты и Инты. По вызову Левицкого Тропко специально приезжал в республику и в своих выступлениях перед различными аудиториями (опять же, по просьбе Левицкого) на «капиталоемкие» обещания не скупился. При этом федеральный чиновник не жалел красок, чтобы создать у слушателей впечатление о том, что президент и премьер его всемерно поддерживают. Однако средств, обещанных новоявленным Хлестаковым, «младореформаторы» так и не получили.
Как бы то ни было, но из Воркуты и Инты по-прежнему планируется переселить в общей сложности более ста тысяч человек. Если называть вещи своими именами, то следует сказать, что после этого оба шахтерских города можно будет закрыть. Просто повесить на городские ворота (если бы они там были) огромные амбарные замки и предоставить разрушению. Это во-первых. А во-вторых, где гарантии, что выделенные деньги попадут по назначению, то есть — к переселенцам?

В этой ситуации лучше всех разобрался мэр Инты Владимир Шахтин. Оно и понятно, для мэра его город — не лишний. Да и люди, его населяющие, — тоже. Поэтому поначалу он наотрез отказался подписывать документ о ликвидации так называемых убыточных шахт. Почему «так называемых»? Да потому, что Шахтин уверен: то, что сегодня происходит — явление временное, через год-другой начнут разбираться с теми методами, по которым была проведена реструктуризация. И ссылается при этом на Амана Тулеева. Ведь в Кузбассе не так давно тоже закрывали и затапливали убыточные шахты. А сегодня их уже восстанавливают. Не пришлось бы и здесь восстанавливать, а переселенных людей — возвращать.

Но не отступать же из-за такой мелочи, как живые люди, от собственных грандиозных планов. Поэтому Левицкий, по всей видимости, пошел на откровенный подлог. Дело в том, что в руки к Шахтину попали два протокола совещаний, состоявшихся у первого заместителя министра топлива и энергетики России Медведева. У протоколов совершенно одинаковые названия.
— Разница только в том, — говорит Шахтин, — что в первом протоколе предложено прекратить ликвидацию шахт, а во втором говорится о ее целесообразности. И еще одно отличие: на первом заседании было большое количество специалистов из разных ведомств, даже мы были. А на втором — всего три человека присутствовали: Медведев, Левицкий и представитель Минимущества. Короче говоря, второй протокол, которым так гордится наше правительство, вызывает большие-большие сомнения. Возникает вопрос: что должно произойти, чтобы высокий чиновник подписал два полярных протокола?

Вопрос у мэра возник все-таки риторический. Ясно все, не на Луне ведь живем. Ну, сообразили на троих, и все дела. Жаль только, что и Шахтина додавили — подписал-таки документ. Подписал, потому что были получены федеральные гарантии. А получены они были — правда, только на словах — от полномочного представителя Президента РФ в Северо-Западном федеральном округе Ильи Клебанова. А вот это уже странно. И непонятно. Как может Илья Иосифович поддерживать людей с такой, мягко говоря, странной репутацией и с такими авантюрно-аферистскими наклонностями? Ведь он же в недавнем прошлом сам был производственником и в проблемах крупных предприятий должен разбираться, как никто другой. [index.html?path=3&info_id=28321&text_version=19#interwu Зато теперь Левицкий на всех углах ссылается на Клебанова и им же прикрывается.] Дескать, Клебанов все берет на себя, на все и денег даст.
Уж не знаю, даст или не даст Клебанов денег, но одного он точно не знает. Он не знает тонкостей теории Левицкого, о которых мы, читатель, уже осведомлены. А при таком повороте событий эта теория, из которой следует, что от государства надо брать по максимуму и на него же сваливать ответственность, обязательно сработает. И коль уж Клебанов решил взять на себя ответственность, его же и подставят.

Впрочем, сомнения в том, что ребятам обломятся деньги, все же есть. Об этом говорит тот факт, что один из троицы, Алексей Кабин, вдруг неожиданно и скоропостижно ушел в отставку. Почувствовал себя, наконец, лишним? Или понял, что денег не дадут?..

Лишние «реформаторы» и лишние губернаторы

А что же наш «лишний» народ? Все, как говаривал Пушкин, безмолвствует? А народ, видимо, вообще, мало что знает, поскольку от него все скрывают. Проведенный сыктывкарским Центром социологических исследований опрос показал, что 66 процентов опрошенных об антикризисной программе Левицкого и Ко вообще не слышали! Из оставшихся 34-х процентов тридцать оценивают ее крайне негативно. И только четыре процента относятся к ней положительно. Если опрашивали всех трех «младореформаторов» и примкнувшего к ним Торлопова, то как раз цифра четыре и получится.
Может, народ, конечно, чего и не знает, зато хорошо чувствует. На собственной шкуре. По другим опросам, рейтинг Торлопова всего лишь за полгода упал ровно в два раза: с девяти процентов поддерживавших его деятельность — до четырех. Как можно с такой поддержкой населения руководить республикой?

Впрочем, чему удивляться? Торлопов пошел тем путем, которым уже ходил Ельцин в 1992 году. Он тоже пошел на поводу у юных реформаторов, которые больше напоминают обыкновенных бухгалтеров (Кириенко) и жуликов (Кох). Много ли людей поддержали на последних выборах СПС? Мало. И в числе малых сих — Торлопов. За несколько дней до выборов в Госдуму местная милиция задержала инкассаторскую машину, в которой вместо денег оказались листовки, направленные против «Единой России». Документы отсутствовали. Позже выяснилось, что листовки были отпечатаны при поддержке Торлопова местным отделением СПС.
У ельцинских реформаторов тоже ведь все люди лишними оказались. Кроме своих, которые и успели приватизировать страну. Правда, теперь выясняется — то один под уголовное дело попал, то другой. Вот и с губернатора Аяцкова подписку о невыезде взяли. Знать, и он лишним может оказаться. От этого ведь никто не застрахован. Все бывает. Бывает лишний народ, бывают лишние шахты и города. А бывают лишние «реформаторы» и лишние губернаторы.

Иван Воронов
Сыктывкар — Москва.

  • * *
Levizky.jpg
Коми ликвидатор Николай Левицкий

© «Молодежь Севера» (Сыктывкар), origindate::13.05.2004

Николай ЛЕВИЦКИЙ: «Мы сами усложнили себе проблему»

— Николай Валентинович, как вы прокомментируете итоги переговоров в Москве?
— Владимир Шахтин подписал техническое задание на ликвидацию двух шахт. Сейчас мы работаем над получением федеральных средств — согласно основным принципам ликвидации убыточных шахт и разрезов. Планируем в ближайшее время подписать предликвидационный договор, на основании которого нам и откроют финансирование.
Конечно, мы затянули этот процесс. По большому счету, техзадание следовало подписать еще в феврале. Сейчас основная наша задача — чтобы финансирование из федеральных источников было открыто во втором квартале либо в начале третьего квартала.
- Но выплачивать людям деньги необходимо уже сейчас: шахтеров увольняют в мае-июне.

— В стране еще не было такого случая, чтобы мэр города тянул с подписанием задания на ликвидацию шахт. Наоборот, всегда шла борьба за скорейшее выделение федеральных средств. И местная власть, и руководство предприятий, когда принималось решение о ликвидации шахт, максимально пытались ускорить эту процедуру. К сожалению, у нас произошла обратная ситуация. Да, мы стоим в плане графика финансирования, но потеряно полгода. Сегодня приходится идти по некоей усложненной процедуре, которую мы себе сами же и усложнили.
Но средства на социальные выплаты в связи с ликвидацией, задолженность по заработной плате, пособия, задолженность по отпускным и больничным листам — это все будет выплачено.
- Было ли рассмотрено И. Клебановым предложение В. Шахтина по поводу возможной передачи шахт муниципалитету?
— Рассматривалось и было отклонено. Реакция Ильи Клебанова однозначна — этот вариант невозможен.
- Шахтин настаивал: в случае, если не проходит его предложение, необходимы гарантии федерального уровня в том, что все выплаты по переселению и социальной защите шахтеров будут сделаны. Эти гарантии были предоставлены?
— Илья Клебанов лично пообещал курировать вопрос финансирования ликвидации шахт и выделение денег на переселение. И готов разделить эту ответственность с нами.
- Это и есть гарантии?..
— Сейчас Илья Иосифович будет персонально заниматься этим вопросом, что для нас, безусловно, большое подспорье. Я могу сказать, что уже сегодня направлены полпреду документы по формированию федерального бюджета 2005 года. Мы очень рассчитываем на его поддержку в плане «выбивания» данных средств. Это можно расценить как самый положительный результат во всей интинской истории.
- Считаете ли вы, что этого достаточно, чтобы «разрулить» ситуацию, сложившуюся в Инте?
— Мое мнение — да. Думаю, мы совместными усилиями добьемся необходимого финансирования. Повторюсь, по социальным выплатам у меня сомнений нет. Что касается выделения средств на переселение, то, конечно же, 2005 год покажет, как это будет происходить. Но могу сказать, что в этом году нам удалось увеличить объем выделяемых федеральных средств на переселение в четыре раза. Это значительный прорыв и победа правительства РК. При поддержке полпредства и лично И. Клебанова, который будет курировать нашу проблему, я думаю, удастся еще больше увеличить объем средств, выделяемых на переселение. И здесь позиция правительства РК неизменна — мы говорим, что республике необходимо порядка 15 млрд. рублей в течение не более пять лет на переселение жителей Воркуты и Инты — тех, кто по закону имеет право выехать из наших северных городов.
Сегодня проблема избыточного населения Инты и Воркуты рождает целый ряд других проблем, которые ложатся тяжелым бременем на бюджеты этих городов. Понятно, что все эти проблемы, в конечном счете, «тянет» республика. Федеральное правительство понимает, что нужно переселять. Мы им об этом говорим. Решение этого вопроса покончит с целым комплексом проблем в республике.
- Техзадание подписано, но вы не боитесь, что может произойти какой-нибудь форс-мажор?
— Я все-таки надеюсь, что Владимир Ильич в своих действиях во многом руководствовался объективными обстоятельствами. Может быть, где-то он и заблуждался. Нельзя за это корить мэра. Я все-таки рассчитываю на то, что он искренне желает решить проблемы Инты. Но сегодня, когда получены федеральные гарантии, любые действия, препятствующие закрытию двух шахт, будут иметь совершенно иной окрас. Они будут продиктованы не заботой об Инте и горожанах, а амбициями: личными, политическими. Будут на руку недружественным республике политическим силам, которые заинтересованы в дестабилизации ситуации. Надеюсь, что Владимир Ильич будет работать в интересах своего города, его жителей и республики в целом.

"