Экономика : Международная нефтемафия. Шаймиев

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск



"Цены на нефть на Нью-Йоркской бирже выросли до казавшихся в начале года запредельных 96 долларов за баррель и тенденция сохраняется. Эксперты, двенадцать месяцев назад, утверждавшие, что цена на нефть не может подняться выше 80 долларов, поскольку никто не будет столько платить молчат. Не слышно и адептов альтернативных видов топлива, клявшихся, что уже при цене на нефть в 60-70 долларов за баррель рапсовый бензин и прочие экзотические виды топлива станут настолько популярными, что немедленно зальют весь мир.

Причины подорожания крови современной промышленности известны. Они и объективные, экономические: резкий рост экономики Китая, Индии, других стран Юго-Восточной Азии, в разы увеличивающий их потребность в углеводородном сырье. Они и субъективные, политические: бездарная политика американской администрации Буша в Ираке и постоянные угрозы в адрес Ирана, повышающие военную премию в спекулятивной составляющей цены барреля.

Однако резкий рост спекулятивных цен на нефть приводит к ещё одному негативному моменту, на который пока общественность в цивилизованных странах не обращает внимания. Возможно, когда обратит, бороться с этим явлением будет уже поздно, оно выйдет из-под контроля. Имя ему – нефтяная мафия.

Мафия растёт на дефиците. Иногда такой дефицит создаётся искусственно. Например американская организованная преступность выросла и окрепла, занимаясь контрабандой алкоголя в эпоху «сухого закона». Когда же этот закон был отменён, на смену алкоголю пришли наркотики. Но дефицит может быть и объективным, как в случае с нефтью, которой уже явно не хватает для растущих потребностей мировой экономики. В таком случае мафия возникает за счёт постоянного опережающего роста цен и ожиданий дальнейшего роста.

Вложения в нефть становятся сверхприбыльными и приносят доход больший, чем акции Microsoft в эпоху их бурного роста в конце 80-х. Не случайно практически везде запасы этого стратегического сырья переходят под жёсткий государственный контроль. Не оригинальными в этом отношении оказались и контролирующие российскую власть бывшие офицеры КГБ. Энергетические, в том числе нефтяные, активы, составляют не только основу благополучия России, но и основу власти возглавляемого президентом Путиным петербургской группы.

После ликвидации компании ЮКОС, принадлежавшей бизнесмену Михаилу Ходорковскому, практически все основные нефтяные активы перешли под прямой или косвенный контроль кремлёвской группировки. Единственное исключение составили нефтяные ресурсы Республики Татарстан.

Это квази-государство в составе Российской Федерации двадцать лет возглавляется бывшим коммунистическим лидером данного региона Минтимером Шаймиевым. Этот партийный босс, которых в России называют «partapparatchik», вовремя понял, что националистическая идеология приходит на смену коммунизму и сделал ставку на татарских националистов. Это дало ему возможность пугать Москву возможность повторения Чеченских событий в центре России. С другой стороны, пользуясь репутацией умеренного националиста, он получал поддержку Москвы против мусульманских фундаменталистов. Главной же позитивной чертой Шаймиева в глазах всех хозяев Кремля была привычка с восточной приторностью и коммунистическим самоуничижением восхвалять каждого очередного кремлёвского лидера.

Таким образом, Шаймиев не только удержался у власти в Казани (столица Республики Татарстан), но и создал собственную разветвлённую бизнес-империю, ключевые места в которой занимают родственники. По данным российских СМИ клан Шаймиева прямо или косвенно контролирует более 70% экономического потенциала республики.

В частности, младший сын президента, Радик Шаймиев, непосредственно владеет 5% акций АО «Татнефть», контролирующего добычу и переработку нефти в Татарстане, а также заправочный бизнес. Еще 7% акций «Татнефти» принадлежат российско-американскому АО «ТАИФ», где Радик Шаймиев является генеральным директором. Подозревают, что на деле Радик Шаймиев контролирует намного больше, чем 12% «Татнефти». Достоверно известны лишь два факта, что государству теперь принадлежат лишь 33% акций компании и что без ведома Радика Шаймиева в «Татнефти» ничего не решается.

Только официальная, сильно заниженная стоимость активов компании превышает 155 миллионов долларов, а дочерних компаний «Татнефти» — 94 миллиона долларов. Компания занимает тридцатое место в мире из всех нефтегазовых компаний по объему добычи, владея при этом фантастическими запасами нефти (в основном в Татарстане) — свыше 841 млрд. тонн. Кроме того, Радик Шаймиев в 1992 году учредил вместе с австрийским бизнесменом Николой Копровицей компанию «НИРА-экспорт», через которую на Запад ежегодно перегоняется до 2 млн. тонн нефти. Эксперты предполагают, что нефть покупается в России на 20%—30% дешевле и с учетом всех налоговых льгот, предоставленных Татарстану федеральным Центром, и перепродаётся в Австрию, где зарегистрирована «НИРА-экспорт». Можно предположить, что разница между низкой «себестоимостью» и мировой ценой оседает на заграничных счетах.

Кремль долго терпел данную ситуацию, не имея возможности убрать Шаймиева, не дестабилизировав ситуацию в Республике Татарстан и всём огромном (как три Италии) Поволжском регионе, делящем Россию пополам. Говорят, что именно татарстанский лидер добился от Думы (российского парламента) изменения закона, запрещавшего, ему как президенту республики трижды подряд баллотироваться на должность президента.

Однако, в последнее время Шаймиев резко сдал, сказывается возраст. Президенту Татарстана в январе 2008 года исполнится 71 год. Понятно, что на четвёртый срок Шаймиев уже не изберётся, и в республике началась борьба за право стать преемником Шаймиева, что, по местной традиции, означает претензию на весь семейный бизнес, основу которого составляет нефть.

Рустам Нургалиевич Минниханов, работающий главой правительства Татарстана (формально вторым, после Шаймиева человеком в республике) – один из вероятных кандидатов в преемники. Он бы устроил семью Шаймиева, как личность достаточно слабая, политически несамостоятельная, зависимая от своих связей с кланом Шаймиевых. Кроме того, у минихановского клана слабые административные позиции. Родной брат премьер-министра начальник ГИБДД республики. Другой брат Минниханова возглавляет администрацию Сабинского района Татарстана. Он нуждается в административном ресурсе, которым располагают родственники и клиенты Шаймиева.

Но господство Шаймиеваша надоело второму эшелону бюрократии Татарстана, который считает, что его доля в разделе татарского нефтяного пирога несправедливо мала.

Равиль Фатыхович Муратов, первый вице-премьер Татарстана, хоть и старше Минниханова почти на десять лет, выражает интересы «младотурок» в татарском руководстве. Интересы Минниханова и Муратова столкнулись на «Укртатнефти» - совместном предприятии Украины и республики Татарстан, созданное на базе крупнейшего на Украине Кременчугского НПЗ и татарской «Татнефти». Именно через «Укртатнефть» сейчас идёт основной нефтяной экспорт из Татарстана и контроль над «Укрататнефтью» способен реально склонить чашу весов в борьбе Минниханова и Муратова за наследство Шаймиева.

Первый конфликт между ними разгорелся в 2004 году, когда Муратов, через нефтетрейдера «Корус» пытался захватить нефтедобывающее предприятие «Зюзеевнефть», которым через дочернюю фирму владеет компания «Укртатнефть». Муратов является председателем совета директоров «Укрататнефти», Минниханов - член совета директоров «Татнефти».

Операция была проведена на редкость по-хамски даже по украинским меркам. Председателя правления «Укртатнефти» Павла Овчаренко, который не давал увести «Зюзеевнефть», Муратов пытался сначала снять по факсу. Потом была предпринята попытка подделать документы Совета директоров (в Украине называется Наблюдательным советом). Минниханов, понимавший, что его пытаются лишить козыря во внутриполитической игре решительно отказался поддержать затею Муратова. Последний однако пригрозил немедленной отставкой и Минниханов сдался.

Захват компании сорвался потому, что в украинских СМИ, накануне Оранжевой революции подробно расписали детали, в результате которой и Украина, и Татарстан должны были лишиться своих долей собственности в Кременчугском НПЗ, кстати, этот завод снабжает топливом и маслами вооруженные силы Украины. Прямые обвинения Муратова в сговоре с украинскими коррупционерами были вынесены в заголовки публикаций.

Тогда в центре расследования оказались глава Наблюдательного совета компании «Укртатнафта», первый вице-премьер Татарстана Равиль Муратов, первый заместитель генерального директора «Татнефти» Наиль Маганов и председатель правления Сергей Глушко. Характерно, что ровно через три года, произошёл новый скандал вокруг «Укратанефти» и его основными фигурантами стали те же лица.

И в 2004 году, и сейчас действия этой группы явно противоречили интересами и Татарстана, и Украины. Фактически речь шла о попытке частных лиц через менеджмент получить контроль над привлекательным нефтяным и нефтеперерабатывающим активом. В 2004 году в прессе, в связи со скандалом вокруг «Укратанафты» мелькали фамилии братьев Черных, а ФБР США, по просьбе украинского правительства провело расследование, чем была сорвана практически готовая сделка по перепродаже «Укртатнафты» её менеджментом, без ведома акционеров.

В 2007 году, для захвата предприятия был запущен новый механизм – искусственное банкротство. Схема была разоблачена и остановлена тем же самым господином Овчаренко, что и в 2004 году. Однако на этот раз, реакция татарских нефтяных магнатов была значительно более резкой. В адрес официального Киева посыпались обвинения в незаконном захвате собственности. При том, что на самом деле, суд просто восстановил Павла Овчаренко в должности председателя правления «Укртатнафты», что никоим образом не повлияло на отношения собственности. Зато господин Овчаренко остановил работу по схемам искусственного создания долга «Укратанафты» перед фирмами «Таиз», «Новойл» и другими, подконтрольными Наилю Маганову.

Недавно для Киева и для Европы прозвенел тревожный звонок. В игру включилась официальная Москва. В окружении Владимира Путина, как известно, также идёт постоянная борьба. В частности, умеренные рыночники, во главе с первым вице-премьером Дмитрием Медведевым, борются против силовиков (siloviki), возглавляемых генералом КГБ, бывшим министром обороны, а ныне ещё одним первым вице-премьером Сергеем Ивановым. После назначения господина Зубкова премьер-министром и заявлений Владимира Путина о намерении сохранить власть, стало ясно, что ни господин Медведев, ни господин Иванов не станут официальными преемниками кремлёвского лидера.

Они, однако, продолжают междоусобную борьбу. Сегодня оба они реально являются вторыми по влиянию после господина Путина людьми в стране, но каждый из них хочет быть единственным вторым, что когда-нибудь позволит ему стать первым.

Точно так же, как и их татарские коллеги на более низком уровне, кремлёвские честолюбцы решили, что наиболее верный способ захвата и удержания власти – концентрация в своих руках контроля над энергетическими активами. До сих пор, господину Путину удавалось успешно балансировать двух своих честолюбивых подчинённых. Медведев получил под контроль «Газпром», зато Иванову досталась «Роснефть» - нефтяная монополия, созданная из отобранных у российских олигархов и западных инвесторов активов.

Я начал этот длинный материал с того, что «Татанефть» - последний крупный российский актив, не подконтрольный непосредственно Кремлю, а находящийся в руках местной элиты. Точно так же, как Миниханов и Муратов понимают, что контроль над «Укртатнефтьтю» автоматически даст тому, кто его получит, преимущество в борьбе за власть в Татарстане. Иванов и Медведев пытаются получить контроль над этим активом, пытаясь усилить свои позиции в общероссийской политике.

При этом, Медведев, опирающийся на экономистов-рыночников, пытается действовать экономическими методами. Подконтрольная ему «Газпромнефть» продаёт входящему в состав «Укртатнефти» Кременчугскому НПЗ недопоставляемые «Татнефтью» объёмы сырья и обещает увеличить поставки в случае, если руководители «Татнефти», недовольные срывом захвата «Укртатнефти» заблокируют поставки татарской нефти, как они уже обещали сделать. Господин Медведев явно играет в сложную игру со своими украинскими партнёрами, считая, что их поддержка даст ему больше козырей, чем попытка установить единоличный контроль над «Укртатнафтой».

В свою очередь, господин Иванов, имеющий на Западе репутацию главного кремлёвского ястреба, занял в этом конфликте, к которому он формально не имеет никакого отношения, более радикальную позицию, чем татарское правительство. Моё недоумение по этому поводу было развеяно одним высокопоставленным кремлёвским чиновником, объяснившим мне, что Маганов и Глушко давно уже работают не на Муратова, а на Иванова, хоть сами они, как сказал мой собеседник «могут этого и не знать».

Неприятно, когда российская нефтяная мафия безраздельно владеет огромной территорией, вроде Республики Татарстан. Однако ещё неприятнее, когда в дела этой агрессивной кампании вмешивается генерал спецслужбы, поддерживаемый siloviki и не скрывающий своих намерений, перевести отношения с цивилизованным миром в режим открытой конфронтации и ещё активнее чем Путин использовать энергетическое оружие, спасаясь от возмездия под ядерным зонтиком. ЕС должен задуматься.»

От автора: Данный материал был подготовлен по заказу авторитетного издания одной из стран ЕС и G-8. Однако слишком тесные связи с Кремлём политиков данного государства (как от правящей коалиции, так и от весьма влиятельной оппозиции), которые к тому же, полностью контролируют прессу и электронные СМИ (являясь их владельцами) стали препятствием для публикации. "