Экспроприация в законе

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


РФФИ - Фонд разбазаривания чужого имущества

© "Щит и меч", origindate::22.05.2008

Экспроприация в законе

Алена Новикова

На днях Российский фонд федерального имущества (организация, которую в последнее время сотрясает целый ряд коррупционных скандалов) приказал долго жить. Указ о его ликвидации стал одним из первых указов нового Президента России Дмитрия Медведева. Этим же указом функции РФФИ по организации продажи приватизируемого федерального имущества, реализации имущества, арестованного во исполнение судебных решений, а также реализации конфиската переданы Федеральному агентству по управлению государственным имуществом. Правда, все это вряд ли поможет решить проблему защищенности бизнеса и частной собственности, в последнее время все чаще становящихся жертвами товарного рейдерства. О том, как действуют рейдерские схемы, можно судить по беспрецедентному уголовному делу, расследование которого заканчивает Следственное управление Следственного комитета при прокуратуре РФ по Москве. Среди обвиняемых в махинациях с распродажей через аккредитованные в РФФИ фирмы незаконно изъятой у предпринимателей компьютерной и бытовой техники и других товаров оказались и сотрудники правоохранительных органов.

Чисто конкретный “налет”

Сотрудники склада, арендованного ООО “Компоненты и Системы” на улице Элеваторной, были очень удивлены, когда прибыла целая делегация (примерно десять человек), а к воротам было подогнано несколько большегрузных автомобилей. В тот день, 11 апреля 2007 года, они не ожидали ни очередного завоза компьютерной техники, ни отгрузок. Еще больше они удивились, когда возглавлявший делегацию нежданных гостей старший следователь Тушинской межрайонной прокуратуры Москвы Павел Кирилин предъявил собственноручно подписанное постановление о производстве обыска. В документе было сказано о том, что делается это “с целью обнаружения и изъятия предметов и документов, которые могут иметь значение для уголовного дела”. Оказалось, речь идет об уголовном деле по факту ввоза партии встраиваемой бытовой техники, принадлежащей ООО “Винета”, которое было возбуждено еще в марте 2006 года прокуратурой Зеленограда. Вот только какое отношение к этому имела фирма, занимающаяся поставками компьютеров, ее руководству внятно не объяснили. Следователю Кирилину были предоставлены копии таможенных деклараций, подтверждавших прохождение таможенного оформления товара, находящегося на складе. Более того, таможенные декларации на дополнительных листах содержали серийные номера, совпадавшие с серийными номерами находившейся на складе компьютерной техники. Эти документы датировались февралем, мартом и первыми числами апреля 2007 года. А посему товар не мог быть предметом разбирательства по уголовному делу годовой давности. Однако следователь не принял это во внимание, а дал указание прибывшим с ним сотрудникам 3-й ОРЧ ОБЭП УВД по СЗАО Москвы проводить обыск.

А вскоре стало ясно и что искали оперативники. В каком-то из складских помещений ими были обнаружены печати и бланки неких “фирм-прокладок”, якобы имевших отношение к ввозу контрабанды. И печати, и бланки сотрудники ООО “Компоненты и Системы” видели впервые, а названия фирм им были вообще незнакомы. Тем не менее, удовольствовавшись найденным “неопровержимым доказательством”, сотрудники милиции под руководством прибывших вместе с ними коммерсантов Романа Чубатова и Бориса Лисагора начали незамедлительно изымать товар, загружая его на предусмотрительно подогнанные фуры.

Чубатов и Лисагор являлись представителями фирмы “Экон+”, аккредитованной при Российском фонде федерального имущества - уполномоченном органе по хранению и реализации конфиската. Собственно, свои функции РФФИ осуществлял в основном через аккредитованные коммерческие организации. “Экон+”, как следует из протоколов обыска, и должно было принять изъятую компьютерную технику на ответственное хранение, разместив ее на своих складах в Химках до вынесения решения по уголовному делу. В течение нескольких дней, с 11 по

15 апреля 2007 года, со склада было вывезено техники на сумму более 210 миллионов рублей в закупочных ценах. Однако, как выяснили сотрудники “КиС”, не заезжая на химкинский склад, товар отправился по совершенно другим адресам, в частности, в торговый центр “Москва” на Тихорецком бульваре.

А уже спустя несколько дней на официальном сайте Российского фонда федерального имущества был обнаружен выставленный для продажи лот № 5 от 19 апреля 2007 года, по которому предлагались для продажи ноутбуки и комплектующие к компьютерам за сумму чуть более 19 миллионов рублей. Местом нахождения данного имущества был указан адрес фирмы “Экон+”.

Получалось, что всего через несколько дней ООО “Экон+” при попустительстве или прямом содействии должностных лиц незаконно реализовало все изъятое при обыске имущество ООО “Компоненты и Системы” через свои фирмы, в частности, через ООО “Стелс”, где Роман Чубатов был учредителем. В результате ровно через неделю после обысков почти весь ассортимент изъятого товара был обнаружен в прайс-листе компании “Ультра Электроникс АГ”.

Ограбление по…

Как только руководству ООО “Компоненты и Системы” стало известно о выставленных лотах по продаже принадлежащего ему и незаконно изъятого в ходе обыска товара, представителями фирмы были поданы соответствующие заявления на имя следователя Кирилина и тушинского межрайонного прокурора Москвы Бориса Нерсесяна. “На личном приеме

19 апреля 2007 года Кирилин заверил нас, что о реализации имущества не может идти и речи, так как в рамках уголовного дела указания руководству ООО “Экон+” о реализации переданного на хранение имущества никто не давал, - рассказал генеральный директор ООО “Компоненты и Системы” Сергей Цыбаков. - То же самое, практически слово в слово, повторил нам 23 апреля и Нерсесян. Хотя в это время имущество фирмы уже активно распродавалось через “Ультра Электроникс”, и мы даже официально прикупили у нее несколько собственных ноутбуков с чеками и товарными накладными, чтобы доказать крайний беспредел, творящийся на рынке. Однако то, что эти доказательства не нужны ни Кирилину, ни Нерсесяну и что оба находятся в тесной связке с мошенниками, мы окончательно поняли всего через несколько дней после приема у тушинского прокурора”.

В один и тот же день, 27 апреля, Кирилин выносит постановление о приобщении изъятых компьютеров и оргтехники к уголовному делу в качестве вещественных доказательств, а Нерсесян - постановление о передаче этих самых вещественных доказательств для реализации. Основанием для такого странного решения послужило якобы обращение генерального директора “Экон+” о том, что хранение товара требует много места, слишком затратно, хлопотно, да и к тому же товар быстро морально устаревает. Соответственно, войдя в положение коммерческой фирмы, прокурор и разрешил все вещдоки распродать. Что там с их помощью еще доказывать, если и так все ясно? Товар был оценен привлеченным из фирмы “Экспертиза собственности” экспертом Натальей Гегечкори в 42 миллиона рублей, то есть как минимум в 5 раз меньше себестоимости. Именно на такую сумму и могли теперь рассчитывать, по сути, ограбленные коммерсанты в случае, если им все же удалось бы отстоять свое честное имя. Предприниматели обратились в Прокуратуру города Москвы. И оказалось, что они уже не первые пострадавшие от действий торговых рейдеров.

А первой была та самая пресловутая фирма “Винета” с якобы контрабандным товаром (около 5 тысяч единиц бытовой техники), который был у нее изъят и практически сразу передан в РФФИ для реализации. Когда коммерсанты подвезли все необходимые товарные накладные и декларации, товар уже был продан через уполномоченную фирму по заниженной в десятки раз цене. То есть техника, приобретенная за 100 миллионов рублей, ушла за… 6 миллионов. “Винета” написала жалобу в московскую прокуратуру с требованием наказать сотрудников милиции и прокуратуры Зеленограда и вернуть ей товар или деньги, соразмерные с закупочными ценами. Однако тогда московская прокуратура не усмотрела нарушений и предписала вернуть фирме деньги в размере 6 миллионов рублей, прекратить в отношении нее уголовное преследование, а “контрабандное” дело отправить для рассмотрения в прокуратуру Северо-Западного округа столицы. Прокурор Самойлов, в свою очередь, поручил расследование Тушинской межрайонной прокуратуре, которая благополучно приостановила это дело за отсутствием в нем мало-мальски подходящих фигурантов, хотя должна была его прекратить за отсутствием самого события.

Однако дело пылилось на полке недолго, поскольку подходящие “фигуранты” для него с подходящими объемами импортных товаров вскоре были найдены. В конце февраля 2007 года сотрудники ОБЭПа Северо-Западного округа Москвы подготовили для следствия справку о том, что на складах фирмы “Фазар”, поставляющей на внутренний рынок встраиваемую бытовую технику, имеются товары, не прошедшие таможенное декларирование, а сама фирма тесно связана с “зеленоградским” уголовным делом. В начале марта с санкции следователя Кирилина и прокурора Нерсесяна обэповцы вывезли со складов “Фазара” на склады все той же фирмы Чубатова около 15 тысяч единиц бытовой техники на сумму 142 миллиона рублей. Попутно были прихвачены и товары, принадлежавшие компании “Гейзер”, имевшей несчастье арендовать часть одного из помещений, - кухонная техника почти на 6 миллионов рублей. Весь изъятый товар был продан Чубатовым и Лисагором согласно оценке эксперта Натальи Гегечкори за... 12 миллионов рублей, то есть в десять с лишним раз дешевле реальной стоимости. Следующей жертвой торговых рейдеров стало ООО “Компоненты и Системы”.

А вскоре Чубатов и Лисагор в сопровождении сотрудников милиции навестили склады компании “Спорт Хаус” в подмосковном Королеве. Обыск и изъятие товара здесь были проведены по постановлению прокуратуры ЦАО Москвы, расследующей уголовное дело по факту обнаружения в некоем ООО “Спаччо-Б” товаров, якобы ввезенных в страну с нарушением таможенного законодательства. По версии следствия, деятельность фирмы “Спорт Хаус” имела непосредственное отношение к поставкам контрабанды. А посему у нее изъяли спортивную одежду и инвентарь на сумму 162 миллиона рублей. Однако пострадала не только фирма “Спорт Хаус”, но и снимавшая те же складские помещения фирма “Вектор”, у которой, по словам ее гендиректора Александра Талебина, вывезли товар на сумму 2,5 миллиона долларов. Однако впоследствии нанесенный фирме ущерб был определен лишь в 30 миллионов рублей. “Дело в том, что во время обыска нас практически выставили со склада, - рассказал нам Александр Талебин. - Наши возражения, что в постановлении о производстве обыска ничего не говорится о фирме “Вектор”, были проигнорированы. Как и документы, подтверждающие законность происхождения товара. Замечания по составлению протокола изъятия не учтены. Собственно, и самого протокола нам не показали. Все, что нам оставалось, - обреченно наблюдать, как имущество фирмы грузится в фуры и увозится в неизвестном направлении”. По словам Талебина, впоследствии удалось обнаружить и вернуть лишь 15 процентов от партии плазменных панелей, оргтехники и телефонов, в основном на складах уже упомянутой нами “Ультра Электроникс”. Все остальное имущество как “Вектора”, так и “Спорт Хауса”, также признанного потерпевшим, было реализовано со складов “Стелс” по заниженным ценам, не дожидаясь экспертной оценки и постановления на передачу конфиската в РФФИ.

Бригада “реаниматоров”

Проанализировав поступающие жалобы коммерсантов, московская прокуратура пришла к выводу - в столице действует организованная преступная группировка, нагло грабящая предпринимателей. Было возбуждено уголовное дело. В ходе расследования была определена отлаженная схема деятельности ОПГ, в которую, помимо коммерсантов, входили прокурорские работники и сотрудники милиции. Именно Роман Чубатов и Борис Лисагор, по мнению следствия, были главной движущей силой всех налетов на склады. Тандем двух предприимчивых граждан был весьма плодотворен. Чубатов благодаря связям с РФФИ мог через некоторые свои фирмы реализовывать конфискат, а Лисагор благодаря связям в правоохранительных органах знал, где можно изъять ликвидный товар в нужном количестве, превратив его в конфискат. Поиском фирм, ввозящих высоколиквидный товар, занимались, как выяснило следствие, “разведчики” по кличкам Белый и Баламут. Найдя подходящий “объект”, они отслеживали подвоз товара на его склады, выжидая момент, когда они будут заполнены, чтобы товара можно было взять по максимуму. А Лисагор через прокуроров Самойлова и Нерсесяна добывал информацию о приостановленных прокуратурой “контрабандных” делах. Выяснив реквизиты фирм-прокладок, фигурирующих в этих делах, а также реквизиты будущих “объектов”, Лисагор изготавливал липовые печати, бланки, счета-фактуры, которые впоследствии и подкидывались на склад обреченной фирмы самими сотрудниками ОБЭП УВД по СЗАО Москвы. В нужный момент, то есть когда склады фирмы были заполнены, Белый и Баламут - они же по совместительству сотрудники ОБЭПа Алексей Коренских и Константин Давыдов - докладывали своему руководству о готовности. Руководство отписывало информацию в прокуратуру, что, мол, найдены компании, ввозящие контрабандный товар и имеющие отношение к тем самым нераскрытым уголовным делам. Прокурор, в свою очередь, выписывал санкцию на обыск в помещениях фирмы, в ходе которого и подбрасывались изготовленные липовые документы. А дальше, как известно, товар изымался как контрабанда и признавался вещдоком. А через некоторое время прокурор подписывал постановление о реализации товара, которое отправлялось для исполнения в Российский фонд федерального имущества. РФФИ, в свою очередь, привлекал “независимого оценщика”, причем одного и того же - эксперта ООО “Экспертиза собственности” Наталью Гегечкори. Далее через аккредитованную при РФФИ фирму Чубатова “Экон+” товар официально продавался по заниженной “экспертом” в десятки раз цене. Эта мизерная сумма и зачислялась на счета РФФИ. На конечном этапе, пройдя через ряд фирм-прокладок, товар поступал в розничную продажу уже по рыночным ценам. Полученную разницу все участники преступной схемы делили между собой в зависимости от степени участия.

Практически в один день сотрудники московской прокуратуры и осуществлявшие оперативное сопровождение дела сотрудники ГУ МВД по ЦФО провели ряд обысков и задержаний. Следственно-оперативная группа нагрянула в огромный загородный особняк Чубатова на Рублевке, а также в шикарную квартиру Лисагора на Арбате. У Чубатова и Лисагора нашли по нескольку десятков трубок телефонов, каждая из которых была предназначена для звонка конкретному абоненту в целях конспирации. У обоих были найдены копии прокурорских документов, справки по уголовным делам, записи черной бухгалтерии, отражающие суммы откатов конкретным лицам, исчисляемые в десятках миллионов. Неудивительно, что оперирующий подобными суммами уроженец Омска Чубатов, всего три года как обосновавшийся в столице, успел сколотить огромное состояние. Не всякий предприниматель в состоянии купить участок на Рублевке, где стоимость одной сотки порядка 30 тысяч долларов, и построить на нем не менее дорогостоящие хоромы с бассейном. И не всякий безработный, коим официально числился Лисагор, имеет целый гараж автомобилей - от двух “Ленд Роверов” и “Мерседеса” до “Феррари”. Обыск был проведен и на квартире тушинского прокурора Бориса Нерсесяна, после которого были выданы в телеэфир кадры съемки “скромной” ванной комнаты районного прокурора с позолоченной сантехникой, отделанной горным хрусталем.

Ряд обысков прошел в офисах РФФИ, а также на складах фирм, реализующих незаконно изъятый у коммерсантов товар. Основная часть похищенного была обнаружена на складах фирмы “Ультра Электроникс”. Ассоциация предприятий компьютерных и информационных технологий (АП КИТ), объединяющая около ста крунейших IT-компаний на российском рынке, обвинила “Ультру” в ведении бизнеса методами, исключающими всякие моральные нормы. Любопытно, что эта компания, пойманная за руку на продаже краденой техники руководителями “КиС”, отрицала свою причастность к махинациям торговых рейдеров и даже присоединилась к хартии руководителей IT-компаний по вопросам этики и защиты собственности, принятой большинством членов АП КИТ. Однако уже через какое-то время на ее складах в подмосковном Дзержинске было обнаружено около 3,5 тысячи единиц техники, принадлежащей “КиС”, а на складах торгового центра “Ультры” в Перми - более 28 тысяч единиц. Вся обнаруженная техника была возвращена законному владельцу - фирме “Компоненты и Системы”.

В ближайшее время будет предъявлено обвинение в окончательной редакции шестнадцати участникам преступной группы. В ее состав, по версии следствия, входили коммерсанты Чубатов, Лисагор, Стефановский, Паринов, Чижук, Заяц, бывший прокурор Северо-Западного административного округа Москвы Валерий Самойлов, бывший прокурор Тушинской межрайпрокуратуры Борис Нерсесян, бывший следователь по особо важным делам этой же прокуратуры Павел Кирилин, заместители начальника ОБЭП УВД по СЗАО Москвы Володин и Рябуха и их подчиненные Лукьянов, Давыдов, Коренских, Захаров и Клинов, а также эксперт ООО “Экспертиза собственности” Наталья Гегечкори. Всех их обвиняют в мошенничестве, совершенном организованной группой, в особо крупном размере. Кроме того, Чубатову и Лисагору инкриминируется организация преступного сообщества, а Самойлову, Нерсесяну, Кирилину, Володину, Давыдову и Коренских - участие в нем. Всех сотрудников правоохранительных органов также обвиняют в ряде должностных преступлений. Все обвиняемые задержаны, кроме тушинского прокурора Бориса Нерсесяна, который скрылся от следствия в неизвестном направлении и объявлен в розыск.

Фонд разбазаривания чужого имущества

Торговое рейдерство как явление появилось достаточно давно - в период становления российского рынка, когда товары народного потребления ввозились в страну по “черным” и “серым” схемам. По мнению экспертов, еще каких-нибудь 2 - 3 года назад более 80 процентов импорта ввозилось именно таким образом. Предприниматели не скрывают - многим из них, пойманным за руку, приходилось давать “откаты” сотрудникам различных правоохранительных ведомств, доходившие порой до 30 процентов от стоимости товара. Суммы весьма и весьма немалые. Однако жаловаться было не на что. В ситуации “вор у вора украл” такая жалоба имела бы для них весьма далекие последствия.

В последнее время бизнес-сообщество постепенно начало переходить к прозрачным правилам. И вдруг оказалось, что определенным группам чиновников и коррумпированных представителей правоохранительных органов такие правила не по душе. Вот тогда-то и стали появляться новые, а главное - внешне узаконенные схемы рейдерства, описанные выше.

Ситуацию усугубило принятое еще правительством Михаила Касьянова постановление от 20 августа 2002 года № 620 “Положение о хранении и реализации предметов, являющихся вещественными доказательствами”, которым отменялось обязательное судебное решение о реализации конфиската и требование обязательного проведения открытых торгов при его продаже. То есть закон позволил, не дожидаясь решения суда, реализовывать имущество любого собственника, отправленное на ответственное хранение в РФФИ. Непонятно из каких соображений аккредитовывались те или иные фирмы, непонятно кому и почему именно ему продавался конфискат. Но главное - исходя из каких соображений чиновники утверждали цены реализации конфиската, заниженные в десятки раз привлеченными оценщиками? Кем и исходя из каких критериев эти самые оценщики отбирались для такой “работы”? Согласно данным РФФИ, в прошлом году было реализовано вещественных доказательств на сумму 608 миллионов рублей. А между тем только по “тушинскому” делу ущерб от действий махинаторов следствие оценило более чем в 500 миллионов рублей. И эта сумма занижена по сравнению с реальными потерями предпринимателей. О том, сколько, например, за прошлый год потерял бюджет, статистика умалчивает.

Между тем, судя по многочисленным фактам коррупции в РФФИ, аппетиты у иных чиновников были весьма внушительны. Так, в прошлом году руководитель теруправления РФФИ в Республике Коми Юрий Гуров был арестован за вымогательство взятки в 300 тысяч долларов у фирмы, желающей получить доступ к реализации конфиската. За то же самое был задержан руководитель РФФИ на Алтае Евгений Звягинцев, которому инкриминируют взятку в 290 тысяч рублей. В получении взятки в 299 тысяч рублей и продаже товаров, проходящих в качестве улик, в марте этого года были обвинены сотрудники РФФИ в Оренбургской области. Четыре года строгого режима получил заместитель руководителя РФФИ по Нижегородской области Александр Горшков за получение взятки в 155 тысяч рублей. По данным следствия, за положительное решение о передаче на реализацию арестованного и конфискованного имущества чиновник потребовал перечислять ему от 10 до 50 процентов неучтенной стоимости от продажи конфиската. Неучтенная же стоимость, как известно, превышает официальную в десятки раз. Так, например, наиболее крупный поверенный РФФИ - ООО “Межрегиональный правовой центр фонда “Антитеррор” - продал четыре вида оргтехники за 170 рублей, восемь позиций оргтехники и мебели за 420 рублей. Через тот же “Экон+” можно было приобрести микроавтобус Mercedes Benz 412 неуказанного года выпуска за 20 тысяч рублей. Сам РФФИ расставался с автомобилем Rover 414SI 1993 года выпуска за 6 тысяч, естественно, рублей. Известен удивительный случай двухлетней давности, когда через фонд в подмосковном Сергиевом Посаде было продано два жилых дома за 38 тысяч рублей. Участником конкурсных торгов оказался единственный покупатель. Многочисленные проверки прокуратуры нарушений не выявили: стартовую цену определяла назначенная РФФИ организация, отчет об оценке оформлен по всем правилам.

Понятно, что возможности и полномочия, данные фонду, а зачастую и безнаказанность представляли великий соблазн для злоупотреблений. Торговое рейдерство среди них, наверное, стало одной из самых востребованных тем.

Данная проблема была озвучена еще два года назад Российской ассоциацией торговых компаний и товаропроизводителей электробытовой и компьютерной техники (РАТЭК) после задержания правоохранительными органами партии сотовых телефонов “Евросети” и последующих изъятий техники на складах компании “Техносила”. После разразившегося скандала, вышедшего на правительственный уровень, РАТЭК направила в Госдуму обращение “О ситуации с изъятием импортных товаров народного потребления”. 18 мая 2006 года в Госдуме была создана рабочая группа по разработке законопроекта, направленного на противодействие товарному рейдерству. В марте прошлого года такой документ был внесен на рассмотрение парламента.

Кардинальное решение проблемы товарного рейдерства, по мнению разработчиков - депутатов-единороссов Владимира Плигина, Виктора Плескачевского и Елены Паниной, заключается в том, чтобы вообще запретить абсурдную практику конфискации больших партий товара в качестве улик и вещественных доказательств. Интересы же следствия должны обеспечиваться исключительно через финансовые механизмы - контроль банковских счетов подозреваемой компании, механизмы гарантий и поручительства и так далее. Современное право предоставляет в этом отношении вполне достаточные возможности. Сделать процедуру более прозрачной может внесение поправок в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, закон об оценочной деятельности, то есть приобщаемые к материалам дела вещдоки должны быть не просто осмотрены, но и подробно описаны, а разрешение на их реализацию должен давать только суд. Кроме того, убеждены разработчики, независимые оценщики должны нести как материальную, так и уголовную ответственность за свою экспертизу. Это может быть либо штраф от 80 до 500 тысяч рублей, либо лишение свободы до трех лет.

По мнению специалистов, предложенные поправки в законодательство помогут устранить злоупотребления при распродаже дорогого конфиската. Вот только рассмотрение самого законопроекта по непонятным причинам слишком затянулось.

P.S. Как уже было сказано, следствие по громкому делу очередных "оборотней" закончено. Предстоит не менее громкое и скандальное судебное разбирательство. Как ни странно, но среди обвиняемых не оказалось ни одного чиновника РФФИ, хотя вызывает большое сомнение, что подобные торговые махинации стали бы возможны, как минимум, без их одобрения. Мы конкретизируем имена "героев". Как говорится народ должен знать их в лицо - это господа Белый и Русин. Почему люди, похитившие товар (теперь это очевидный факт), - сидят, а те, кто им активно помогал больше года держат украденные деньги на каких-то непонятных счетах? Странно это вдвойне, если вспомнить, что в одном из своих интервью все тот же г-н Белый цинично заявил, что конфискат надо уничтожать. Представьте, если бы они в самом деле уничтожили по бумагам экспроприированный товар. Кому от этого стало бы легче? Ну, разве только что вышеназванным чиновникам и их подельникам, которые теперь находятся в Бутырке. Гендиректору фирмы "Компоненты и системы" Сергею Цыбакову до сих пор, например, непонятно, как могло случиться, что на счетах РФФИ оказалась лишь половина суммы, в которую был оценена изъятая компьютерная техника. То есть сразу же после передачи товара на реализацию фирме "Экон+" последняя должна была перечислить в фонд сумму в 42 миллиона рублей. О том, почему на счетах РФФИ обнаружился лишь 21 миллион, чиновники до сих пор внятных объяснений не дали. До конца не понятна и роль во всей этой рейдерской истории и компании "Ультра Электроникс АГ" и ее непосредственных руководителей Галущенко и Кутузова, которые несмотря на то, что компания обанкротилась, остались при своих интересах и чувствуют себя прекрасно. По сути вышли сухими из воды. Правомерно ли это? У представителей IT-сообщества вызывает удивление, например, тот факт, что за последние два года ее торговые обороты, как на дрожжах, выросли в разы. В то время, как максимальный прирост аналогичных компаний не превышал 30-ти процентов. Не оттого ли, что в это самое время среди новых поставщиков компании появилась фирма с весьма странным названием "Навар (Конфискат)"? Что это за поставщик, а также кто и сколько наваривал на этом конфискате, следствию пока выяснить не удалось. Компания "Ультра Электроникс" продолжает утверждать, что явилась всего лишь добросовестным приобретателем. Однако после того, как на ее складах обнаружили товары, которые, как она уже знала, были изъяты у владельцев незаконно, от сотрудничества с ней отказалось подавляющее большинство IT-компаний. Что в конце-концов привело "Ультру" к банкротству.

Впрочем, дело "северо-западной группировки" - лишь выделенный из большого уголовного дела эпизод. Чтобы ответить на многие, не менее любопытные, чем поставленные здесь, вопросы, Следственный комитет при Прокуратуре Москвы продолжит свое расследование.