Элеонора Костинецкая: Юрия Антонова хотели посадить на восемь лет!

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Элеонора Костинецкая: Юрия Антонова хотели посадить на восемь лет!

"Дружбы этой женщины добивались богатейшие люди Советского Союза. Ее зазывали на свои спектакли лучшие режиссеры и актеры страны - от Галины ВОЛЧЕК до Владимира ВЫСОЦКОГО. Жены партийных бонз отправлялись на встречу с ней, как на праздник. И неудивительно, ведь Элеонора КОСТИНЕЦКАЯ 10 лет проработала администратором знаменитого ювелирного магазина на Арбате - "Самоцветы". Ну а затем… По приговору суда Элеонора Васильевна долгих 8 лет провела в лагерях, притом большую часть срока - на одной из самых страшных зон в СССР. Но и в самых тяжелых ситуациях не теряла чувства собственного достоинства.

- Элеонора Васильевна, чем был уникален магазин "Самоцветы", кроме своей арбатской "прописки"?
- Мы были единственным в стране ювелирным магазином, который не подчинялся министерству торговли. "Самоцветы" находились в ведении "Ювелирпрома" при Министерстве приборостроения. То есть только у нас были прямые поставки с завода, что обеспечивало уникальный ассортимент.
Со стороны Арбата к нам мог зайти любой желающий - пожалуйста, дверь открыта! А вот с Калошина переулка пускали только элитных клиентов - членов правительства, например. Для них выбор был побогаче, и они могли себе заказать у нас изделие на заводе.
- Как вы туда попали?
- Рядом с универмагом "Москва", где я тогда работала, располагалась "Березка" - валютный магазин. Когда ее директора назначили руководить "Самоцветами", то подруга из "Березки" пригласила туда и меня. Это было в апреле 1972 года. Я поначалу отказывалась - никогда не работала с ювелирными изделиями. Но, сами понимаете, - возможность общаться с интересными людьми, другой круг знакомств… К нам запросто могла зайти Галина Брежнева, купить своему мужу Юрию Чурбанову на день рождения золотую заколку для галстука. Или Игорь Щелоков, сын министра внутренних дел. Сами начальники приезжали нечасто, в основном жены.
- Про Брежневу писали, что она спекулировала бриллиантами…
- Лично на меня она всегда производила приятное впечатление - добродушная, улыбчивая… Ну а эти слухи под собой, конечно, имели основания. Моя хорошая знакомая жила в доме на углу Чеховской и Садового кольца, где была квартира небезызвестного цыгана Бори, который работал в Большом театре и являлся любовником Галины Леонидовны. Как-то моя приятельница спрашивает: "Серебряные сервизы вам случайно не привозили?"
А я прекрасно помню, что всего пару дней назад экспедитор доставил документы на подпись, уведомляющие о поставке в наш магазин трех замечательных сервизов. Оказалось, что каким-то образом они уже очутились у Бори и он активно предлагал их за бешеные деньги.
Собирали компромат на Галину Волчек
- Элеонора Васильевна, вы ведь водили дружбу и с людьми искусства?
- Конечно. Я очень любила театр, дружила с актерами и театральными администраторами. Часто общалась, к примеру, с Галиной Волчек, которая постоянно приглашала меня на свои спектакли.- А что она у вас покупала?
- Вы задаете тот же вопрос, который я неоднократно слышала в кабинете следователя: "Что вы продавали Волчек? Она у вас очень часто бывала!" Да ничего! Она приезжала ко мне просто в гости обсудить разные дамские проблемы. А покупку делала всего однажды, когда собиралась на гастроли в Чехословакию - два серебряных кольца по восемь рублей! Кому-то в качестве презента… Но мне не верили - откуда, мол, у нее тогда столько бриллиантов? Объясняю, что фамильные, достались в наследство. "А то кольцо - бриллиант с изумрудом?" - не унимается следователь. "Есть такое! - отвечаю. - Его изготовили на уральском заводе по прямому разрешению министра".
- Извините меня за прямой вопрос - вы действительно закон нарушали?
- Нарушала… Правда, то, что тогда считалось преступлением, сейчас, как говорится, нормальные рыночные отношения. Официально получая 160 рублей в месяц, я помогала доставать дефицит, и меня за это благодарили. Вот и все мои злодеяния. Никакой подпольной миллионершей никогда не была. Кстати, преступниками считались и те люди, которые платили: это считалось взяткой. Юре Антонову повезло меньше, чем Волчек.
- А что случилось?
- Нас познакомил Володя Ухин, тот самый, из "Спокойной ночи, малыши!". Как-то просто забежал ко мне на работу поболтать. И вдруг в зал входит Юрий. "Ты знаешь Антонова?" - спрашивает Ухин. "Нет, - говорю, - а кто это?" Тогда Антонов почему-то был под негласным запретом. Мы познакомились, и у нас сложились теплые отношения. Как-то, уже спустя много лет, он приезжает ко мне и говорит: "Эла, я недавно заработал приличные деньги, хотелось бы их хорошо вложить и чтобы память осталась…" - "Что же ты хочешь?" - спрашиваю. Он говорит: "Кольцо!" И я пошла в первую секцию - секцию колец. Обращаюсь к заведующей: "Нина, у тебя есть кольцо с камнем чистой воды?" - "Есть-то есть, - отвечает, - но я оставила его для своего знакомого…" Намек был более чем прозрачный, но я все же настояла - для Антонова, мол, - и заставила его отдать. Юре оно очень понравилось - действительно красивое, белого золота с чистым камнем. Стоило оно по тем ценам, кажется, 8700 рублей с копейками. Я выписала чек, он оплатил в кассе, поблагодарил и ушел.
- В чем же здесь криминал? 
- Вот именно! Теперь представьте себе: на второй день после моего ареста в лефортовской тюрьме производится очная ставка со всеми взятыми под стражу - директором "Самоцветов", завскладом, его заместителями и т.д. Тут-то эта Нина Романова и заявляет: "Костинецкая брала у меня кольцо для Антонова и принесла мне потом 500 рублей".
- Зачем же она это сделала?!
- Видимо, ее сильно запугали, и она надеялась скостить срок. На самом-то деле только хуже себе сделала… Я принялась объяснять, что у нас дружеские отношения с Юрой, брать с него деньги - все равно что с собственного сына. Но машина закрутилась. Начали дергать Антонова, вызывать его на допросы. И мне все время: "Сколько он переплатил?" Если бы я дала слабину, его могли бы посадить лет на 8 статья 174 - дача взятки! Злополучное кольцо хранилось у Юриной мамы в Минске. Антонов вынужден был привезти его в следственный изолятор и, к досаде следователей, у него сохранились не только товарный и кассовый чеки, но и специальный ярлычок на кольце. Пришлось оставить его в покое.
Незнакомка не давала барду пить
- Вы ведь знали и Владимира Высоцкого?
- Да, как-то раз он покупал у нас кольцо с изумрудами для Марины Влади. Стоило оно примерно 1800 рублей, и недавно в какой-то передаче я видела Марину с этим нашим колечком. Но мне больше запомнилась другая встреча, которая произошла дней за 10 до его смерти. Накануне он позвонил: "Элеонора Васильевна, я могу завтра прийти?" Интересно, что он решил явиться в субботу, когда директор и его зам были выходными. А ведь с нашим заместителем главного, Ольгой Борисовной, он был в дружеских отношениях. Из этого я заключила, что он хотел как можно меньше привлечь внимания к своему визиту.
Пришел Высоцкий в сопровождении молоденькой девочки лет 18-19. Помню, она была одета в розовый костюм. И, глядя на нее, я тогда почувствовала жгучую ревность! Не женскую, нет. Просто для меня Высоцкий был этаким драгоценным камнем, к которому не надо было прикасаться. Выглядел он не очень… Я еще его спросила: "Володя, у вас, наверное, был вчера веселый вечер. Не желаете ли рюмочку коньячку?" Но его спутница твердо сказала, что если он выпьет, она с ним никуда не поедет. Тогда я принесла бутылку минералки, которую Высоцкий и выпил. После чего сказал: "Мне нужно купить обручальные кольца для одного приятеля и его невесты". Я поинтересовалась размерами. "Точно не знаю, - сказал Владимир Семенович. - Но примерно как на меня и вот на нее…"
Я промолчала, лишь многозначительно посмотрела на него и позвонила в секцию, попросив принести лотки с обручальными кольцами. По моему совету, он выбрал обычные тоненькие колечки, без всяких наворотов. После чего пригласил меня на концерт: "Я вам позже сообщу, где он состоится, - сказал Володя. - Но обещаю, что это будет лучшее выступление в моей жизни!" Однако меньше, чем через две недели его не стало…
- А девушку эту вы потом встречали?
- Накануне похорон мы с замдиректора Ольгой Борисовной и ее мужем, другом Владимира Высоцкого Вадимом Тумановым, поехали на Володину квартиру и провели там ночь. Была Марина Влади, прилетели ее два сына… Утром мы сопровождали гроб в театр. По желанию Влади, в руки Высоцкому вложили розу - с таким большим нераскрывшимся бутоном. Вот в театре-то я эту девочку и увидела: она сидела в партере, а вокруг нее было как бы выжженное пространство - никто поблизости не сидел.
- Вы не поинтересовались, кто она?
- Знаете, как-то не до того было… Уже много позже, когда я вернулась из тюрьмы, мой сын показал мне в журнале интервью с женой Леонида Ярмольника Оксаной, которая рассказывала, что Высоцкий предлагал ей выйти за него замуж. Вот тогда-то все и встало на свои места - я поняла, кто была та девочка в розовом…
По маршруту любовницы и жены Тухачевского
- Элеонора Васильевна, при таких связях разве некому было за вас заступиться?
- О чем вы?! Следствие вел андроповский КГБ, и Андропов уже видел себя генсеком. Помню, Галя Брежнева как-то сказала: "Вот умрет папа - вы еще его попомните добрым словом!" Кстати, она и предупредила, что нас всех ждет арест…
Конечно, нам сочувствовали. Когда всех, кроме меня, уже арестовали, в магазин приезжал высокий чин из аппарата тогдашнего премьера Тихонова. Успокаивал, что никого не посадят. Но куда там! Кстати, комитетчики и про этого человека справки наводили, но, как поняли, кто это, тут же отстали.
- Получается, вы никого не "сдали"?
- На все вопросы я отвечала, что могу говорить только за себя. Однажды так насели, что я в отчаянии сказала: "Выдам все, что спрятала, только больше ни про кого не спрашивайте!" Следователь за это ухватился. И я написала записку своей подруге, приемной внучке Хрущева, у которой хранились все мои драгоценности, чтобы она все им выдала… Это, конечно, была минута слабости - допросы не прекратились. И тогда я разозлилась: "Хотите имена? Пожалуйста! Как-то я переоценила золотой браслет одной домохозяйке по фамилии Русакова". Кагэбэшник обрадовался, стал спрашивать про ее мужа, все подробно записывать. "Есть муж, - отвечаю, - работает на Старой площади секретарем ЦК!" Следователь за голову схватился: "Элеонора Васильевна, вы меня посадите!" Но протокол-то был уже составлен… На следующее утро этот человек явился на встречу со мной с чистым листом бумаги и, пряча глаза, сказал: "Вы не против, если мы вчерашний протокол перепишем?" - "Что вы, - отвечаю, - я и не сомневалась, что так будет!"
- Как сложилась ваша судьба на зоне?
- За мою строптивость меня отправили на Потьму, в 6-ю зону. К венерическим больным, алкоголикам и рецидивисткам. Кстати, когда-то здесь содержались жена и любовница Тухачевского… Мое пребывание в заключении - это тема для отдельного большого разговора. Я скоро заболела, попала в лечебную зону и стала ее нарядчиком - правой рукой начальника этого заведения по хозяйственным вопросам. Поскольку не хотела "стучать", была разжалована и отправлена обратно. И там вскоре стала нарядчиком… Отсидела от звонка до звонка.
- Элеонора Васильевна, вы сейчас торгуете на рынке. Это с вашим-то опытом!
- А куда деваться-то! Все решают деньги. Чтобы арендовать малюсенькое помещение на моем рынке, нужно 4000 долларов - где возьмешь?
Знаете, в той, советской системе, было много минусов, и я-то это знаю на своем опыте. Но если бы у меня была возможность вернуться в те времена - согласилась бы не задумываясь…
"
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации