Эпопея инвестора как проверка прогресса в России

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Браудер: "Я всегда понимал, что Россия дефектная страна, где бывает произвол. Это была возможность для бизнеса. Из-за дефектов активы ценились очень низко"

"Браудер пролил свет на план менеджеров [РАО ЕЭС] по низким ценам продать активы на непрозрачных аукционах своим друзьям. На протяжении восьми недель глава администрации Путина встречался по средам с одним из партнеров Браудера и переписывал устав компании"

Оригинал этого материала
© "The Washington Post", США, Перевод: InoPressa.ru, origindate::13.06.2006

Эпопея инвестора как проверка прогресса в России

Стивен Мафсон

Converted 24552.jpg

Уильям Браудер, Hermitage Capital Management

Очень много говорит о России тот факт, что за последние десять лет родившегося в США инвестора и финансиста Уильяма Браудера обычно встречали в Москве с не меньшим радушием, чем его деда Эрла, лидера компартии США, в 1920-1930-х годах.

Но в ноябре Уильяма Браудера не пустили в страну в московском аэропорту. Браудеру не объяснили почему, но он говорит, что, по его мнению, причина – в его ссоре с кем-то влиятельным из-за резкой критики в адрес российского корпоративного управления. С тех пор он не может получить визу и вернуться в Россию, хотя его компания Hermitage Capital Management Ltd. инвестировала в страну 4 млрд долларов, что является крупнейшей иностранной инвестицией.

Три ведущих американских сенатора – вероятный кандидат в президенты республиканец Джон Маккейн, лидер большинства республиканец Билл Фрист и демократ Чарльз Шумер – написали письмо президенту Бушу, требуя поднять вопрос о Браудере на саммите "большой восьмерки" в Петербурге, "чтобы гарантировать безопасность американских инвестиций в России". Хотя Браудер является гражданином Британии, сенаторы отметили, что американские граждане и организации инвестировали в его фонды более 1 млрд долларов.

Президент России Владимир Путин стремится использовать саммит G8, чтобы утвердить место России среди экономических держав. Но дело Браудера, отметили сенаторы, "напоминает нам, что путь к свободному обществу и открытому рынку в России нельзя принимать как данность". Они заявили, что Москва "должна либо пустить Браудера в Россию, либо дать правдоподобное объяснение, почему она отказывает во въезде крупнейшему иностранному портфельному инвестору".

Дело Браудера делает уникальным не только его происхождение, но и то, что был и остается одним из самых лояльных сторонников Путина. Даже собственные проблемы не отвратили его от России как места, где можно делать деньги. "Я всегда понимал, что Россия дефектная страна, где бывает произвол, – заявил Браудер в телефонном интервью. – Это была возможность для бизнеса. Из-за дефектов активы ценились очень низко. И, несмотря на визовые проблемы, если сегодняшнюю Россию сравнить с Россией 10-летней давности, она стала намного лучше".

"Она совершает переход от ужасного к плохому", – добавил он.

Многие наблюдатели видят в его визовой баталии показатель степени плохого. Она стала лакмусовой бумажкой открытости российской политической системы для критики и уязвимости иностранных инвесторов перед коррупцией и причудливыми событиями.

"Если он не сможет вернуться, это очень плохой знак, – заявил Луиджи Зингалес, профессор финансов в Университете Чикаго, изучающий "эффект Браудера" в российских компаниях. – Он был силой добра".

"Российская экономика растет, и в континууме "страх-жадность" люди могут преодолеть нечто подобное, – заявил на условиях анонимности менеджер другого американского фонда, делающего крупные инвестиции в России. – Но это еще одно пятно на уже и без того плохой репутации России".

Выпускник Чикагского университета (где его отец преподавал математику) и Стэнфордской школы бизнеса, Браудер пришел в компанию Salomon Brothers Inc. в 1992 году, когда в постсоветской России начиналась приватизация. Правительство решило выдать ваучеры стоимостью примерно 30 долларов за штуку каждому из 150 млн россиян. Задумывалось, что их можно будет обменять на 30% государственной экономики, и их смогут покупать и продавать без ограничений, в том числе и иностранцы.

"Это означало, что вся российская экономика оценивается в 10 млрд долларов, включая треть мировых запасов газа, 10% мировой нефти, 10% мирового алюминия и многие другие товары, – вспоминает Браудер. – Было ясно, что это беспрецедентная инвестиционная возможность".

К концу 1993 года он убедил Salomon Brothers инвестировать 25 млн долларов капитала компании в Россию. К середине 1994 года инвестиция стоила 125 млн долларов.

В 1996 году Браудер в партнерстве с богатым банкиром Эдмундом Сафрой создал Hermitage Capital Management. Деньги, инвестированные Hermitage, к концу прошлого года выросли в 24 раза и росли вдвое быстрее, чем российская биржа.

Попутно Браудер привлек внимание к отсутствию прозрачности и отчетности в российских компаниях. Примерно пять лет назад, купив акции "Газпрома", он публично заговорил о "грандиозном мошенничестве" в этой газовой компании. "Люди украли из "Газпрома" компанию размером с BP", – заявил он. Спустя примерно восемь месяцев главу "Газпрома" уволили. Новый генеральный директор положил конец мошенничеству и вернул многое из того, что было украдено, говорит Браудер.

Инвестировав в государственную электрическую компанию, Браудер пролил свет на план ее менеджеров по низким ценам продать активы на непрозрачных аукционах своим друзьям. Он организовал собрание акционеров, чтобы изменить устав компании и предотвратить продажу, но получил поддержку лишь 15% акционеров. Но ему позвонили из Кремля, так как российскому правительству принадлежал 51% акций. На протяжении восьми недель глава администрации Путина встречался по средам с одним из партнеров Браудера и переписывал устав компании.

"Мы были очень благодарны правительству за такое сотрудничество, – сказал Браудер. – Не то чтобы они заботились о наших интересах, но их интересы совпали с нашими".

Не на таком языке говорил бы его дед. "Сегодня наш долг помочь трудящимся спустить черный флаг пиратов Уолл-стрит, реющий над нашей промышленностью", – говорил его дедушка, борясь за пост президента в 1936 году. Эрл Браудер умер, когда Вильяму было девять лет, и Браудер-младший говорит, что придерживается совсем иных взглядов. "Я капиталист, а он был коммунистом. Но мы оба боремся с несправедливостью. Он боролся с несправедливостью по отношению к рабочим, в моем случае это несправедливость по отношению к акционерам".

Хотя его дело вызывает новые сомнения по поводу прав и законности в России, Браудер не солидаризируется с людьми, говорящими, что при Путине свободы пришли в упадок. Браудер не сочувствует посаженному Михаилу Ходорковскому, бывшему президенту нефтяного гиганта ЮКОС и резкому критику Путина. Браудер утверждает, что после ареста Ходорковского по обвинениям в неуплате налогов, налоговая дисциплина в компаниях резко улучшилась.

Спорное решение "Газпрома" прекратить поставки газа на Украину 1 января Браудер называет спором о цене. "Почему я как акционер "Газпрома" должен субсидировать Украину?" – заявил он. Хотя прекращение поставок вызвало в Европе тревогу по поводу использования Россией газа в политических целях, Браудер заявил, что решение "не было политическим, точно так же давят на Белоруссию, с которой они друзья".

"Проблема с нефтью и газом в том, что они находятся в плохих местах, – продолжает он. – В мире плохих мест Россия оказывается гораздо лучше многих стран Ближнего Востока и Африки".

Многие интересуются, объясняется ли нежелание Браудера критиковать Путина и российское государство тем, что ему принадлежат крупные пакеты акций российских компаний.

"Я не считаю его ангелом. Он преследует собственные интересы, – сказал Зингалес. – Но Адам Смит был прав: вы получаете каждое утро свежий хлеб не потому, что булочник к вам благосклонен. Иными словами, стимулы к работе на общее благо дает рынок. Заботясь о своих интересах, Браудер улучшает в России корпоративное управление и управление в целом".