Это сладкое место - "Минфин"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


© "Версия", origindate::06.06.2000

Это сладкое место - "Минфин"

Ирина Чернова, Александр Осипов

Converted 10567.jpgПроанализировав движение значительной части бюджетных средств, предназначенных прежде всего на социальные нужды, за период 1995-1999 годов можно смело утверждать, что почти половина денег до бюджетополучателей не дошла. И случилось это во многом благодаря стараниям руководства Минфина. За эти годы Минфин поочередно возглавляли гг. Пансков, Лившиц, Чубайс, Задорнов. Из самых печально известных замов при них побыли Вавилов, Петров, Королев, Кудрин, Касьянов, Зелинский. Мы не зря называем эти имена, потому, что самая глобальная растащиловка российского бюджета пришлась как раз на годы их правления в Минфине.

Далеко не праздный вопрос о том, кто в новом кабинете Путина будет курировать финансы, уже решен - Михаил Касьянов, он же новый премьер-министр. Наши сограждане, равнодушно наблюдая за отзвуками битвы в верхах по этому поводу, даже отдаленно не представляют, насколько благополучие каждого из них будет зависеть теперь именно от этого человек.
Проанализировав движение значительной части бюджетных средств, предназначенных прежде всего, на социальные нужды, зарплату бюджетникам, строительство жилья и содержание армии за период 1995-1999 годов можно смело утверждать, что почти половина денег до бюджетополучателей не дошла. И случилось это во многом благодаря стараниям руководства Минфина. За эти годы Минфин поочередно возглавляли гг. Пансков, Лившиц, Чубайс, Задорнов. Из самых печально известных замов при них побыли Вавилов, Петров, Королев, Кудрин, Касьянов, Зелинский. Мы не зря называем эти имена, потому, что самая глобальная растащиловка российского бюджета пришлась как раз на годы их правления в Минфине.

Сегодня принято все списывать на Ельцина. Вернее на то, что бюджетными деньгами правительство расплачивалось с банкирами и олигархами за финансовую помощь на выборах. Но то, что сперли из бюджета с молчаливого позволения вышеназванных "финансистов" за эти годы в десятки раз превышает все предвыборные кампании. Специалисты утверждают, что корни нашей глобальной коррупции базируются на неисполнении доходной части бюджета. В условиях бюджетного дефицита именно чиновники ведущих министерств решают, кому выплатить причитающиеся средства и сколько, а кто может подождать до лучших времен. А чтобы проще было направлять бюджетные течения в нужные русла необходимо замутить дела как можно круче.

По признанию бывшего министра финансов М. Задорнова, (возглавлявшего ведомство с ноября 1997 года), только в 1999 году Минфин с Казначейством наконец то наладили учет всех бюджетополучателей и взаимных долгов. До этого времени государство не имело четкого представления о том, кто кому и сколько должен! Прежде всего, это касалось Минфина и Минтопэнерго. Ах, как замечательно было рубить бюджетную капусту на столь мутном поле! И рубили, сотнями миллионов, миллиардами долларов...А в это время замерзал от отсутствия электроэнергии Дальний Восток, и загибались от голода и холода получатели Северных завозов, стрелялись от безысходности уволенные без пособий и жилья в запас военные, бастовали нищие учителя. Сегодня мы документально можем доказать, что деньги на эти нужды в бюджете были, но если бы они, пусть в усеченном размере, напрямую, без посредников направлялись бюджетополучателям, то что приходилось бы на долю олигархов, банкиров и коррумпированных чиновников?

Как разводили депутатов

Заместитель министра финансов врал. Точнее не врал, а если выразиться на сленге новой России - "разводил" депутатов. Его задачей было внести изменения в Закон о бюджете 1997 года на сумму 21 триллион рублей. И это всего за четыре недели до наступления 1998 года. Господин Петров вовсе не собирался рассказывать депутатам, как и куда в реальности уйдут эти деньги из российского бюджета. Попробуй расскажи, - тут такой хай поднимется! И потому замминистра Петров рассказывал депутатам сказку о заботе правительства и Минфина, в частности, о нуждах российских регионов. Зима наступила, говорил чиновник, люди мерзнут, особенно в северных регионах, а мы из-за отсутствия денег в казне не смогли обеспечить их топливом. Коммуналка не профинансирована, объекты соцкультбыта - тоже. Конечно, это дело губернаторов, но правительство должно помочь регионам, а для этого нужно провести зачеты с учетом указанной суммы. Господину Петрову вторила бывшая "яблочница" Оксана Дмитриева - мы должны принять поправки в бюджет сразу в трех чтениях, а то Минфин не успеет рассчитаться с регионами до средины января 1998 года. Будучи председателем бюджетного комитета Госдумы, она конечно, не могла не знать о только что вышедшем Указе Президента запрещающем проведение каких либо зачетов после нового года, а так же об их схеме и сути. Тем более, что Минфин возглавлял ее товарищ по фракции Михаил Задорнов. Депутаты же далекие от тонкостей финансовых манипуляций, понимали только одно - нищим замерзающим регионам Минфин наконец-то даст денег, пусть и путем какого-то зачета. К тому же время было вечернее, тема сложная. И депутаты все как один проголосовали за изменения в уже исполненный бюджет. Причем сразу в трех чтениях. Можно представить радостные объятия или рукопожатия Петрова и Дмитриевой где-нибудь в кулуарах Госдумы или Минфина. Депутатов "развели" так грамотно, что они даже настояли на том, чтобы правительство приступило к проведению зачетов еще до подписания Закона об изменениях в бюджет. В скором времени, правительство, видимо оценив заслуги Дмитриевой, примет ее в свои ряды, а фракция Яблоко ее из своих рядов, видимо за те же заслуги, исключит. Что касается заместителя министра финансов Петрова, то за эти самые зачеты он окажется в следственном изоляторе и будет давать показания прокурорскому следователю. Впрочем, проанализировав результаты проведенных Минфином зачетов, мы так и не смогли понять, почему к уголовной ответственности привлекли только Петрова?

Как "разводили" регионы

Все лето 1997 года Минфин трудился над разработкой схемы проведения "зачета в особом порядке". Разработкой его и контролем занимались заместители министра финансов Кудрин и Зелинский, а также глава федерального казначейства г-н Смирнов.

Необходимость проведения этого зачета они объясняли тем, что предприятия топливно - энергетического комлекса не платят налоги в бюджет, а тот в свою очередь, не имеет денег для финансирования различных социальных программ. Словом, в стране бардак, никто никому не платит, и нужно этот "гордиев узел" разрубить. Но каким образом? По стране расползается информация о том, что к концу года правительство намерено списать долги предприятиям топливно - энергетического комплекса. И ситуация усугубляется. Теперь уже почти никто из главных налогоплательщиков не торопится рассчитываться с бюджетом. Именно в такой обстановке на стол президенту ложится Указ № 880 "О проведении расчетов в особом порядке". И Ельцин его подписывает. Обратный зачет очень напоминал "зачет по Лившицу", который Минфин с успехом для себя и нужных людей осуществил в первом полугодии того же 1997 года. О том, во что это вылилось, мы расскажем чуть ниже.

"Обратный зачет" предполагал, что регионы за собственный счет уже понастроили разного жилья для чернобыльцев, офицеров запаса и прочих льготников или влезли в долги, обеспечив местное население топливом на зиму. Вот на погашение этих долгов Минфин якобы и выделяет деньги. Речь идет о 37 триллионах в ценах 1997 года. Однако, как оказалось, в абсолютном большинстве случаев никаких реальных работ регионы не проводили, топливо не закупали, и соответствующих долгов перед подрядчиками и поставщиками у них не было. Но перед Минфином стоит конкретная задача - перекачать предназначенные регионам бюджетные деньги на счета олигархов ТЭКа и близких банков, ну а заодно и в фирмы, которые специально созданы для "отката". И в ход пошли подложные документы, которые, как под копирку, готовились в выбранных чиновниками Минфина банках. Утверждения о том, что руководство Минфина не знало реальной обстановки, и потому подписывало подложные документы, представляется бредовым. Тем более, что федеральное казначейство должно было проверять реальность региональных долгов. Исследуя зачетные документы, которые прошли через банк Менатеп с десятком регионов на сумму более 2 триллионов рублей, даже мы, не специалисты, увидели, что все они датированы совершенно одинаково и явно задним числом. Очевидно, что и другие участники зачетов шли на подлоги. Невзирая на это, руководство Минфина приступило к операциям.

Закрытый город - закрытые дела

Закрытое административно-территориальное образование (ЗАТО) город Снежинск, по сей день является одним из самых секретных городов мира. Два ряда колючей проволоки, КПП на котором дежурят бдительные военные. В этот городок, затерявшийся в лесах Южного Урала Челябинской области, можно попасть только по спецпропуску. Или будучи Президентом России, как это сделал недавно Владимир Путин, посетив подземные цеха, которые когда-то произвели на свет первую в СССР атомную бомбу.

Но корреспонденты FLB благодаря случайному знакомству с очень хорошим человеком и большим снежинским начальником получил доступ в город. Нас не интересовали государственные секреты, мы лишь хотели узнать судьбу 67 млрд. рублей, которые в конце 1997 года были перечислены из федеральной казны на социальные нужды жителей этого маленького закрытого города.

Как и ожидалось, документы о судьбе этих денег являли собой не подлежащую разглашению тайну. Показать-показали, даже разрешили что-то списать на память, но при условии сохранить в секрете источник информации, дабы он не лишился работы. Оказалось, местной администрации было, что секретить. Осенью 1997 года местный коммерсант Дрокин привез из Минфина пакет документов, из которых следовало, что администрация Снежинска задолжала московской фирме "Русские купеческие традиции" 67 млрд. рублей (или 13 млн. долларов) за поставки стройматериалов. И теперь Минфин готов перечислить эти деньги городу Снежинску, но с условием, что он не истратит их на всякие там социальные нужды, а отдаст на погашение долга этим самым "купцам". Особо оговаривалось, что операция должна быть проведена через "Национальный резервный банк".

Никакого реального долга у города Снежинска перед московскими "купцами" не было. Но, тем не менее, местная администрация пошла на подлог. В Минфин были переданы фальшивые документы, подписал их зам министра Зелинский, а указание провести зачет дал первый зам министра Кудрин. И 24 декабря 1997 года с расчетного счета Минфина на расчетный счет администрации ЗАТО в "Национальный резервный банк" были перечислены 65 млрд. рублей "на федеральные программы". Однако в тот же день вся эта сумма "в качестве погашения кредиторской задолженности" перекочевала посредством "купцов" на счет ОАО "ГАЗ".

Мы не знаем что за эту аферу получили чиновники Минфина и города Снежинска, а вот в городскую казну вместо 67 миллиардов бюджетных рублей, на социальные нужды поступили низколиквидные векселя московского Автобанка, о котором в Снежинске никто и не слыхивал. Тут стоит сказать, что фирма " Русские купеческие традиции" как раз и держит свой счет в Автобанке. Реализовать эти векселя взялся все тот же посредник Дрокин. В результате, только спустя год, город Снежинск получил причитающиеся ему из федерального бюджета деньги, но не 13 млн. долларов, которые на него списали в Минфине, а лишь 30 млн. рублей или 1,5 млн. долларов. Такая вот выгодная арифметика с бюджетными деньгами.

Казалось бы, местная прокуратура должна была заинтересоваться столь явным надувательством. Выяснить, кто что за это поимел, и каким образом связаны между собой ООО " Русские купеческие традиции", АО "ГАЗ", Автобанк и Национальный резервный, чтобы хоть какую-то часть денег еще вернуть жителям закрытого города. Но местная милиция, начав расследование, толком ничего не выяснила и дело прикрыла " в виду отсутствия фактов хищения бюджетных средств". И это всего лишь верхушка айсберга...

По подобным схемам "обратный зачет" был проведен Минфином с десятками российских регионов и с несколькими ведомствами. В общей сложности по данным Генпрокуратуры РФ Минфин подписал договоры по обратному зачету на 67 трлн. рублей. Кстати, 18 триллионов рублей было списано уже после запрета Ельцина проводить подобные зачеты. Может ли кто-то поверить, что ведущие чиновники Минфина внаглую нарушали Указ президента страны просто за здорово живешь? Век бы на "Запорожцах" ездили.

По данным Счетной палаты и Генеральной прокуратуры 70% договоров на проведение подобных зачетов как и в Снежинске были липовыми. Тем не менее, ни Минфин, ни Федеральное Казначейство этот факт не смущал. Версия о том, что чиновники не подозревали о фиктивности договоров и следовательно не знали о том, что бюджетники не получат значительную часть причитающихся им денег, представляется нам надуманной. Так, чиновники Волгоградской области, проводившие через банк Менатеп по подложным документам и с использованием фальшивых фирм и векселей зачет на 76 миллиардов, утверждают, что о фиктивности договоров знал заместитель министра финансов Зелинский. Наверняка, знал об этом и первый зам. министра Кудрин, и ныне обвиняемый за должностные преступления зам. министра Петров, не мог не знать об этом и Касьянов, допущенный в ближний круг минфиновского начальства. Именно их подписи стоят на липовых зачетах. Ну а подставные фирмы с их фальшивыми векселями использовались для отката. В Волгоградском зачете, он, например, был оговорен в 30% или в 26 миллиардов рублей. Именно такая сумма полагалась посредникам из Роспрома. А как уж они разбирались с министерскими чиновниками, можно только гадать.

Спросите у Лившица

Финансовые чиновники утверждают, что бизнес на зачетах родился из-за неисполнения доходной части бюджета.

Начиная с 1994 года, Минфин то и дело находил различные формы погашения долгов между государством и бюджетополучателями. То это были " казначейские налоговые освобождения", то банковские кредиты под гарантию бюджета, то вексельные кредиты, то зачеты по Лившицу, то "обратные зачеты". Самой крутой растащиловкой, пожалуй, следует признать вексельные кредиты. Суть их сводилась к следующему: Минфин должен, например, тому же министерству обороны в 1996 году перечислить 7 триллионов рублей, но, говорит Лившиц, денег у бюджета нет. Ах, армия голодает, безобразие, придется военным взять кредит под гарантию бюджета, на то время пока в казне деньги не появятся. Но брать кредит надо не где-нибудь, а в совершенно конкретном банке. И чиновники Минфина называют нужный банк. Естественно, банку за услугу полагается процент. Любому дилетанту ясно, что сумма реального финансирования того же Минобороны в итоге уменьшится на величину процентов заплаченных за кредит. В нашем конкретном случае на 200 миллиардов рублей (в то время - 40 млн. долларов). Но не зря схема называется вексельное кредитование. Банк не дает министерству обороны живые деньги, а дает собственные векселя со сроком погашения, например, через полгода. Помните по полгода зарплату не платили? Так вот это как раз наш случай. Но не может армия ждать денег полгода, солдат по крайней мере хоть чем-то, а кормить надо, и генералы идут в банк, и досрочно продают ему его же векселя с дисконтом от 30 до 60%. В результате из 7 триллионов списанных в 1996 году на армию денег она реально получила 2, 5 триллиона. Остальное досталось банку, который не вложил в дело ни копейки. Если вы подумаете, что чиновники Минфина подписывали подобные соглашения просто за спасибо, то будете, наверно, правы. Потому что никто из них за подобные фокусы с бюджетными деньгами к ответственности привлечен не был. Однако, чтобы так распорядится бюджетными деньгами нужно заручиться поддержкой свыше. И Бориса Ельцина убеждают подписать соответствующий Указ. Он соглашается, но при этом оговаривает, что привлекать банковские кредиты ( о векселях там речь вообще не идет) можно лишь в самых крайних случаях.И начинаются сплошные крайние случаи. При этом, правда, правительство поручает Минфину, прежде чем брать у банка кредит, проверить состояние его баланса. То есть, другими словами, выяснить есть ли у банка реальные деньги. Но самое интересное состоит в том, что Минфин часто забывал проверить и реальность наличия у банка денег, и их реальное перечисление бюджетополучателю, в результате в операциях с бюджетными деньгами участвовали некредитоспособные банки. Именно по этой причине вместо денег они выдавали кредиты неликвидными векселями. Благодаря столь "тонкому" подходу российские граждане лишильсь только за 1996-97 годы более 35 триллионов рублей или 6 миллиардов долларов. Образовавшуюся в бюджете дыру Россия затыкала западными кредитами. Именно Лившиц, а затем Касьянов прославились своей способностью "разводить" МВФ.

Но самая большая странность состоит в том, что, в то время, когда страна голодала и мерзла, и когда субъектам федерации и министерствам втюхивали неликвидные векселя коммерческих банков, деньги у Минфина были! Ежедневный остаток их на счетах, по данным все той же Счетной палаты, составлял от 500 до 800 миллиардов рублей. Необходимости привлекать кредиты МВФ и МБРР в большинстве случаев не было. Более того, когда в мае 1997 года Борис Ельцин наконец-то разразился Указом "О прекращении предоставления гарантий за счет средств федерального бюджета", Минфин умудрился подписать с коммерческими банками задним числом еще 14 договоров на общую сумму более 2 триллионов рублей. По всеми этими договорами стоит подпись нынешнего претендента на пост главы Минфина Алексея Кудрина.

И вот что интересно, банки, как правило, привлекались Минфином безо всякого конкурса, финансовое состояние их, как мы уже сказали, не проверялось, и даже предложения банкам принять участие в формальном конкурсе чиновники Минфина отправляли не почтой, как это предусмотрено, а вручались из рук в руки. Чувствуете разницу?
В деле присвоения 6 миллиардов долларов поучаствовали 36 банкиров. Количество же участвующих чиновников явно не ограничилось Минфином.

Почему никто всерьез так и не спросил у Лившица, его замов и руководителей департаментов Минфина, что они получили за всю эту грандиозную аферу?

В 1997 году объем вексельного кредитования российских областей существенно снизился и к концу года почти сошел на нет. На смену отработанной схеме пришли новые.

Тульский облом

Слухи о том, что в Тульской области оперативники из ФСБ взяли с поличным при получении взятки самого губернатора, быстро расползлись по регионам, обрастая подробностями основанными на домыслах и фантазиях. Оперативники из других регионов, пересказывая тульское дело, ласково именовали своих коллег, участвовавших в задержании губернатора, "отмороженными ребятами". И далее добавляли, что теперь их, кажется, уволили из органов или крепко наказали. Мысль о том, что можно без последствий для службы хлопнуть на взятке самого губернатора, региональным чекистам просто не приходила в голову.

В реальности же тульское дело выглядело так: К осени 1996 года Минфин задолжал Тульской области 100 миллиардов рублей на социальные нужды. Но перечислять эти средства в регион чиновники не торопились, даже частями. Мотив один -денег в казне нет. А потому тульскому губернатору было предложено провести зачет с Лукойл- Когалымнефтегаз, который был должен в федеральную казну налоги как раз на те же 100 миллиардов. Это был зачет "по Лившицу". По сути он должен был выглядеть так: Администрация области открывает счет в Рострабанке (и ни в каком другом!) Лукойл берет в этом банке кредит на сумму своего долга перед федеральной казной и перечисляет их на счет Минфина, а тот администрации Тульской области. Все казалось бы просто. Теперь у региона есть деньги, Лукойл не должен бюджету, а должен банку 100 миллиардов плюс проценты. Но кто сказал, что в руководстве Лукойла сидят дураки? И кто сказал, что олигарх не договорится с Минфином? Не для того зачетные схемы разрабатывались чтобы, бюджет реально исполнялся.

Взятый в Рострабанке кредит был оформлен под гарантию не только Лукойла, но и областной администрации. То есть, если нефтяники не вернут в срок деньги, за них расплатится область.Зачем это области надо? Спросите у губернатора Севрюкова. Дальше происходит интересное, то есть как раз то, что в реальности и представлял собой "зачет по Лившицу". Полученные в Рострабанке 100 миллиардов, Лукойл перечисляет в Минфин. Тот, в свою очередь, направляет их в тот же Рострабанк на счет Тульской администрации. А администрация отдает их ...Лукойлу на погашение им же взятого кредита. Не зря же туляки выступили гарантом за Лукойл! Вот так -то. С этого момента федеральная казна долг свой перед жителями Тулы списала и больше им ничего не должна. Лукойл казне тоже ничего не должен, он же деньги в Минфин переводил? Рострабанк получил свои проценты. А то, что жители Тулы в итоге ничего не получили, так это уже проблема местной власти. Как решала эту проблему местная власть стоит рассказать особо.

В процесс вышеописанного зачета Рострабанком был включен посредник - некая фирма "Аргомар", зарегистрированная в Москве по липовому адресу. Эдакая пустышка, у которой ни денег, ни имущества. Так вот за отданные Лукойлу 100 миллиардов рублей администрация Тульской области получила вексель этой фирмы. То есть цветную бумажку, на которой кто-то написал - 100 млрд. руб. Таких бумажек на принтере можно вывести сколько угодно, кто же за них деньги-то даст? Тульский губернатор дал. А Рострабанк принял эту бумажку на хранение! А спустя еще пару месяцев на эту бумажку нашелся покупатель! Фирма "Антаир", зарегистрированная по фальшивому паспорту, которая тоже, как и "Агромар", базируется в Рострабанке, выкупает липовый вексель за 49 млрд. рублей. Вот эти-то деньги вместо 100 миллиардов и получает Тульская область.

Судя по всему, губернатору Севрюгину такой расклад был на руку (в прямом и переносном смыслах). А потому, по той же самой схеме и с участием того же банка и тех же самых левых фирм он проводит еще один зачет, теперь уже с Газпромом на 70 млрд. рублей. В результате туляки опять получают лишь половину из причитающейся им суммы. В результате этих двух операций жители области лишились 86 миллиардов рублей. Наши коллеги из региона посчитали, что за эти деньги можно было бы выдать в то время почти 300 тысяч пенсий! Вместо них все эти деньги раздербанили между собой чиновники и коммерсанты. Конечно, не за просто так губернатор Севрюгин лишил жителей своей области бюджетных миллиардов. Впоследствии из офиса московской фирмы, руководит которой один из директоров Рострабанка, посредники вынесли коробку с 50 тысячами долларов, якобы для губернатора. А после передали еще 100 тысяч долларов. Вот тут-то и вмешались оперативники из ФСБ.

Всего за два года через тульскую администрацию по 15 (!) соглашениям было проведено зачетов на рекордную сумму - более триллиона рублей.

Аппетит приходит во время еды

По подобной же схеме с участием все той же подставной фирмы "Аргомар" и использованием подложных документов Рострабанк облегчил бюджет Карачаево-Черкесии.

А нищую Камчатку Минфин, администрация области и Рострабанк освобождали от бюджетных денег с помощью Славнефть-Мегионнефтегаз и подставной московской фирмы "Рустехмонтаж". О последней известно лишь то, что она была зарегистрирована в феврале 1997 года - за три дня до подписания договоров между администрацией Камчатской области и остальными участниками зачета. Никакой финансово-хозяйственной деятельности эта фирма не вела и отчеты в налоговые органы не представляла. Тем не менее, администрация Камчатки отдает 370 млрд. бюджетных рублей за векселя этой фирмочки. Лишь в апреле 1998 года жители области получили бюджетные деньги, которые где-то крутились целый год. При этом вместо 370 миллиардов - всего 300.

Кроме зачетов, Рострабанк поучаствует еще в схемах вексельных кредитов Госкомсевера. Благодаря чему будут сорваны поставки в северные районы страны продовольствия, топлива и промышленных товаров.

Чем же так интересен был Рострабанк чиновникам из Министерства финансов? Почему ему дано было право проводить по сути мошеннические операции с бюджетными деньгами? Видимо лишь потому, что чиновникам Минфина было легко и просто решать всяческие вопросы со своим бывшим коллегой господином Васильевым, который и возглавлял Рострабанк.

Весной 1997 года Минфин так старался облегчить федеральную казну с помощью зачетов, что даже вынудил подписывать липовые зачетные договоры с Газпромом Министерство образования, Министерство культуры и Минздрав на общую сумму более 5 триллионов рублей. Судя по документам, три этих министерства нуждались не в деньгах для учителей и врачей, не в ремонте школ, больниц, библиотек и музеев, а в поставках газа. Причем непременно от компании " Итера". Тут уж явно без участия Вяхирева и протекции Черномырдина не обошлось. В итоге, то же Министерство Культуры с помощью все того же Рострабанка, получило вместо 1,5 триллионов живых рублей (или 300 млн. долл) низколиквидные векселя всяких угольных компаний со сроком погашения по номиналу через 1- 7 (!) лет. Уже через год 1,5 трлн.рубл. превратились в 60 млн дол. А что будет с ними в 2004 году?
Министерству образования помогал раздербанить бюджетные деньги любимый некогда Виктором Черномырдиным Национальный резервный банк. В ход был запущен фиктивный акт на сумму 2 триллиона рублей.
Государственному эрмитажу в 1997 году причиталась сумма в 17 млрд. рублей. Она прошла через МДМ - банк, и дальнейшая ее судьба нам не известна...

Человек из Минфина

Как-то на одной журналистской тусовке у бывшего министра экономики Евгения Ясина спросили, что он может сказать о Михаиле Касьянове. "С 1993 года он был "правой рукой" у первого зама министра финансов РФ Андрея Вавилова. По-моему этим все сказано..." - ответил мудрый Ясин.

Деятельность Минфина РФ тоже говорит сама за себя и характеризует выходцев из этой структуры не лучшим образом.

Вряд ли Касьянов, работая в Минфине долгое время, ничего не знал об этих "зачетах по Лившицу", "обратных зачетах" и прочих хитроумных финансовых схемах, в результате проворачивания которых российский госбюджет облегчался на протяжении ряда лет на миллиарды долларов, которые в свою очередь брались в виде кредитов у МВФ и МБРР и тоже разворовывались. Мы не можем утверждать, что Касьянов брал "откаты", хотя о его прозвище "Миша 2%" открыто говорит не только бывший министр внутренних дел Куликов, но знает уже все мировое финансовое сообщество.

И такого премьера нам сегодня навязывает новоиспеченный президент Путин. И за такого премьера будет единогласно голосовать Дума?...

Говорят, хорошая болезнь - склероз, ничего не болит, и каждый день что-нибудь новенькое происходит. Плохо только то, что этой болезнью, похоже, безнадежно больна российская власть.