Эхо южнокорейского «Боинга»

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Эхо южнокорейского «Боинга» FLB: В «холодной войне» в воздухе у Советского Союза не выдержали нервы

"
Ac743aaa68540010f024952b52cd652e.jpeg
Холодная война в воздухе Инцидент со сбитым южнокорейским «Боингом» был лишь незначительным эпизодом противостояния двух сверхдержав «Без малого 30 лет назад пилот советского истребителя-перехватчика Су-15 Геннадий Осипович сбил над Сахалином корейский пассажирский «Боинг-747». Погибли 246 пассажиров и 23 члена экипажа злосчастного рейса KAL-007 . Официальная версия инцидента такая: в лайнере был неправильно настроен автопилот, а экипаж не выполнил предполётных проверок. И, хотя вина лежала целиком на корейцах, американцам удалось переложить груз ответственности на СССР – «империю зла», как назвал нашу страну президент Рональд Рейган за полгода до этого печального происшествия... Инцидент до сих пор считают неким пиком холодной войны: мол, ничего подобного до этого не происходило. Но это не так – до инцидента 1983 года южнокорейские самолёты как минимум дважды нарушали государственную границу Союза. Игнорировали предупреждения советских пограничников и самолёты других стран. Не прошло и года после случая с бортом KAL-007, как нашу границу нарушил шведский Airbus . А за два года до происшествия при аналогичных обстоятельствах советский лётчик взял на таран аргентинский транспортный Canadair . Об этих инцидентах нам практически ничего не известно. А ведь скандальную историю с южнокорейским лайнером следовало бы воспринимать не отдельно, а в контексте происходившей тогда холодной войны в воздухе» - пишут журналисты издания «Наша версия» Борис Островский и Руслан Горевой. Сбивали и англичан, и голландцев, и шведов Чтобы понять, почему лётчик Осипович сделал то, что он сделал, нужно сказать несколько слов об обстановке, сложившейся к 1983 году в советском воздушном пространстве. В 50–60-е годы на каждое нарушение воздушных границ отечественные военные реагировали предельно жёстко – будь то хоть транспортный самолёт, хоть пассажирский. Сбивали и англичан, и голландцев, и шведов . Смысл жёстких действий заключался в том, чтобы пресечь приграничные провокации раз и навсегда. И к середине 60-х провокаций стало заметно меньше. Но прошло 10 лет, и нашу противовоздушную оборону Запад снова решил проверить на прочность. Обычно некий самолёт заходил в советское воздушное пространство и углублялся в него до тех пор, пока наши военные не давали предупредительный залп. Поначалу обходились без жёстких мер реагирования – сбивать гражданские лайнеры всё же не решались, но в 1976 году нервы у наших военных поистрепались, и министр обороны Андрей Гречко отдал приказ сбивать всех нарушителей, если они не будут реагировать на сигналы советской ПВО. Первого южнокорейского нарушителя удалось посадить в Карелии Примерно за пять лет до происшествия над Сахалином, в апреле 1978 года, пассажирский «Боинг-70» той же корейской авиакомпании Korean Air Lines, выполнявший рейс KAL-902 по маршруту Париж – Сеул, вторгся в воздушное пространство СССР в районе Кольского полуострова . На борту лайнера было 12 членов экипажа и 97 пассажиров. На запросы диспетчерских служб экипаж демонстративно не отвечал, и в воздух подняли перехватчик Су-15, которым управлял капитан Александр Босов. Сблизившись с лайнером, Босов качнул крыльями так, чтобы пилоты корейского самолёта его заметили. Но корейцы как ни в чём не бывало продолжали полёт. Перехватчику дали команду сбить «Боинг». Босов ответил: самолёт пассажирский, сбивать не стану. Команду повторили – надо сказать, что «Боинг-707» как две капли воды был похож на натовский военный разведчик RC-135 . А Босову просто могли не поверить на слово. И тогда советский лётчик принял решение пустить тепловую ракету, но аккуратно, чтобы у экипажа оставалась возможность посадить самолёт. Выстрел был филигранным –ракета разорвалась возле крайнего левого двигателя «Боинга», оторвав небольшую часть крыла. Самолёт резко пошёл на снижение и сел на лёд озера Корпиярви неподалёку от карельского посёлка Лоухи . Очевидец происшествия, следователь КГБ Валерий Десятков, вспоминал: «Весь салон был залит кровью. Но не от ран – от перепада давления. Когда самолёт стал резко терять высоту, у пассажиров пошла кровь из носа и ушей» . Надо отдать должное мастерству капитана Босова – стрелял он просто мастерски. На борту оказалось всего двое погибших – обоих зацепили осколки ракеты. Ещё 13 человек получили незначительные ранения. Пассажиров отправили в Хельсинки, а командиру корабля Ким Чанг Кью и его штурману Ли Чын Сину устроили показательный разбор полёта в Москве. Оба лётчика полностью признали свою вину – мол, мы понимали команды советской стороны, но принципиально им не подчинились, якобы выполняя распоряжения корейской диспетчерской службы. После ходатайства о помиловании обоих лётчиков выдворили из СССР . А дальше начинается чертовщина. Разобраться с тем, кто из диспетчеров подавал команды не реагировать на предупреждения советских военных, суду так и не удалось. Корейцы отвечали: с такого-то по такой-то отрезок времени самолёт находился вне зоны покрытия сигнала корейскими диспетчерскими службами. Но кто же тогда отдавал команды лётчику Ким Чанг Кью? Генерал-полковник Владимир Дмитриев, командовавший 10-й отдель­ной армией ПВО и отдавший приказ сбить «Боинг», позже вспоминал, что «вести» самолёт могли с одной из западноевропейских баз НАТО . «Полёт над Карелией был политической провокацией с целью сорвать переговоры по контролю за стратегическими вооружениями между США и СССР» , – написал генерал в своих мемуарах. Может быть, не случайно у штурвала «Боинга» оказался именно Ким Чанг Кью – лётчик-истребитель, сбивавший советских асов во Вьетнаме и, по некоторым свидетельствам, сотрудничавший там же с представителями ЦРУ США? Главкома ПВО провоцировали нарушители и министр Устинов Казалось бы, выводы напрашивались сами собой – советская граница по-прежнему на замке. Но на Западе этих выводов признавать не желали. В том же 1978 году транспортные вертолёты «Чинук» шахской армии Ирана нарушили воздушное пространство над Туркменией. Два вертолёта удалось сбить вылетевшему на перехват экипажу Миг-23 . Экипаж одного из вертолётов выжил. Военных допросили, и те подтвердили в ходе допроса, что их действиями «возможно, руководили американские военные диспетчеры» . Странная формулировка, не так ли? Советские следователи забрасывали запросами командующего армией шахиншаха, пытаясь понять, что же это были за диспетчеры. Но прояснить ситуацию им так и не удалось – в феврале 1979 года в Иране не стало ни шахиншаха, ни его армии, ни американских военных советников. Летом 1981 года пэвэошникам потрепали нервы ещё раз: аргентинский транспортный Canadair, выполнявший рейс из Тель-Авива в Тегеран, вторгся в воздушное пространство над Арменией. Как удалось установить позже, управляли самолётом подданные британской короны, возможно, офицеры разведки её величества . На перехват вылетел Су-15, пилотируемый Валентином Куляпиным. Не имея возможности стрелять – перехватчик слишком быстро приблизился к цели, – лётчик принял решение протаранить нарушителя. Экипаж Canadair в итоге погиб, а Куляпин успешно катапультировался. За таран лётчика наградили орденом боевого Красного Знамени . К началу 1983 года в советских силах ПВО сложилась довольно нервная обстановка . Под командующего, главного маршала авиации Александра Колдунова, что называется, «копали»: он считался человеком из команды предшественника Дмитрия Устинова на посту министра обороны – маршала Гречко. Военного инженера Устинова один из самых результативных асов-истребителей Второй мировой Колдунов за глаза называл Ватманом и авторитета его категорически не признавал. В свою очередь маршал Устинов как-то пообещал – тоже за глаза – «пересадить Колдунова подальше от ПВО и поближе к гражданской авиации» . В общем, едва ли у командующего ПВО СССР были мотивы вести себя сдержанно в отношении нарушителей границы. Позже именно эта приобретённая сдержанность стоила ему поста главкома ПВО – в 1987 году, после посадки Матиаса Руста на Красной площади . Американцы действовали едва ли не жёстче советских военных Для пущей ясности необходимо добавить ещё несколько слов. Соединённые Штаты, с таким пафосом разоблачавшие «империю зла», лишившую жизни мирных корейских граждан, летевших на борту KAL-007, как правило, действовали ничуть не мягче, чем Советский Союз, если не жёстче. 3 июля 1988 года самолёт авиакомпании «Иран Эйр» Airbus-А300 был сбит над Персидским заливом ракетой, выпущенной с американского ракетного крейсера «Винснесс». Погибли 290 человек . Пикантности инциденту добавляет тот факт, что на момент пуска ракеты крейсер находился в территориальных водах Ирана, а самолёт не нарушал воздушных границ своего государства . Американцы объясняли: мол, по ошибке приняли Airbus за истребитель F-14A ВВС Ирана, который недавно якобы атаковал крейсер с воздуха. В Тегеране же настаивали на том, что экипаж крейсера сознательно сбил гражданский самолёт. Навскидку можно припомнить и другой инцидент, происшедший с итальянским пассажирским «Дугласом» в июне 1980 года. Самолёт сбил американский истребитель, возможно, приняв пассажирский DC-9 за транспортный самолёт ливийской авиации . Инцидент вошёл в историю под названием «Устика» – по имени острова в Тирренском море, возле которого рухнул итальянский самолёт. Заметим: оба инцидента случились вдалеке от американских границ. А корейский «Боинг» в 1983 году был сбит всё-таки над границей СССР». (Продолжение следует)». Борис Островский, Руслан Горевой, «Наша версия», № 28 от 22.07.2013 года 00000000000 Ранее на FLB о неизвестных эпизодах «холодной войны»: «Благие намерения эпохи «холодной войны», «КГБ-США. В 1973 году советская разведка вышла на контакт с Джорджем Бушем-старшим», «Американские шпионы подслушивали Брежнева и подглядывали за Гагариным», «Как вводили войска в Афганистан», «Синдром змея. Даже если бы генерал КГБ перебежал к врагу – он нанес бы меньший ущерб, чем этот отставной майор КГБ», «Инициативник» из ГРУ», «Приключения Стига Берлинга, полковника ГРУ», «Полковник жив и недоволен», «С ним хотелось пойти в разведку», «Перебежчик или жертва холодной войны», «Подвиг полковника Пеньковского», «Ушел в разведку на 30 лет», Эвтаназия как атрибут разведки», «Советских героев «вычеркивают из истории войны», «Холодная война без излишнего политеса», «Холодная война на Севере»."

Ссылки

Источник публикации