4.2. "Ну всё, ребята, вам п...ц!"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


[page_14246.htm к оглавлению] # далее

"Ну всё, ребята, вам п...ц!"

Если даже нас, почти сторонних наблюдателей - журналистов, от ядовитого связьинвестовского дурмана так колбасило, то уж у олигархов и младореформаторов крышу и подавно снесло начисто.

Вот как вспоминал последние "предвоенные" дни заслуженный ветеран связьинвестовских сражений Борис Немцов:

- В июле Чубайс уехал с женой Машей в Париж. Перед этим мы с ним уже твёрдо договорились: аукцион по "Связьинвесту" будем проводить по закону. И вдруг Толик среди ночи звонит мне из Франции и говорит: "Слушай, Борь, а может, всё-таки нужно по совести, а не по закону? А то меня тут Берёза с Гусём достали уже совсем…

Призыв делить госимущество "не по закону, а по совести", действительно, был очень популярен в тот момент в тандеме Березовского-Гусинского.

Вот как объяснял мне тогдашнюю диспозицию один из приближенных Бориса Абрамовича:

- Понимаешь, у Гуся тогда объективно мало собственности было. А Потанин уже много набрал. Вот БАБ и предлагал Чубайсу разные альтернативные варианты, если Потан откажется от участия в конкурсе...

В общем, "социализм с олигархическим лицом".

  • * *

Продолжение знаменитого ночного разговора с Чубайсом, звонившим из Парижа, Немцов описывал мне так:

- Я ему говорю: "Толя! Ни в коем случае! Если ты пойдёшь с Гусем и с Березой на сделку, я немедленно подаю в отставку! Если хотят получить "Связьинвест" - пусть платят на аукционе реальные бабки! Нам зарплаты уже стране платить нечем, бюджет пустой!"

  • * *

25 июля аукцион по "Связьинвесту" состоялся. А сразу после подведения его результатов, когда стало известно, что победил международный консорциум Mustcom (с участием потанинского "Онэксим-банка" и фонда Джорджа Сороса Quantum), состоялся другой исторический телефонный разговор - только уже Березовского с Немцовым.

- Берёза позвонил мне и в ярости, сказал только одну фразу: "Ну всё, ребята! Вам п...ц теперь!" - вспоминает Немцов. - Я тут же перезвонил Чубайсу: "Толь, тебе Березовский, случайно, сейчас не звонил?" - "Звонил..." - "Ну и что сказал?" - "Сказал, что нам - п...ц".

  • * *

Следующим эпическим шагом в развязке кровавой информационной войны был обед Чубайса и Немцова на даче у Вали Юмашева.

- Там у него сидела ещё Таня, - рассказывает Немцов. - Мы приехали, потому что ждали, что Валя нам хоть что-то скажет обо всей этой ситуации. Но он нам ничего не сказал. И это было хуже всего. Атмосфера там у них, надо сказать, была гнетущая. Валя с Таней молча сидели и злобно ели шашлыки. Которые готовил и подавал им какой-то мальчишка, которого я тогда и не знал. Я думал - это повар. Но потом мне сказали, что это - Роман Абрамович...

  • * *

Так началась Великая Олигархиада. Глава кремлёвской администрации Юмашев, который до того считался главным посредником между всеми олигархами, теперь, как свидетельствовали все мои кремлёвские источники, превратился уже в откровенного проводника воли лишь одной из конкурирующих финансово-промышленных группировок - своего давнего покровителя Бориса Березовского. При больном президенте, с учётом тесной дружбы Юмашева с ельцинской дочкой Татьяной, манипулировать ситуацией было не слишком трудно. А уж при том что у Березовского и Гусинского в тот момент были в руках два крупнейших телеканала страны - ОРТ и НТВ, - и подавно.

- Механизм у них безотказный, - объяснял мне тогдашний теневой кремлёвский пиарщик Алексей Волин. - "Дружественному" телеканалу ОРТ, допустим, заказывается какая-нибудь передача про то, какой Чубайс злобный кровопийца и взяточник, и как его ненавидит народ, и как он вредит всенародной любви к президенту. А потом Таня в нужный момент включает папе телевизор, и всё...

  • * *

Вопрос влияния на слабеющего, заключенного в информационный вакуум президента, всё больше становился вопросом физического доступа к его телу. Младореформаторы, в свою очередь, тоже не упускали возможности этим воспользоваться. В один прекрасный момент, дорвавшись до главного Уха страны, им удалось добиться отставки своего врага Березовского с поста заместителя секретаря Совета Безопасности.

Публичный ответ Юмашева конкурентам был тоже за гранью всяких приличий: в тот день на ленте информационного агентства РИА "Новости", со ссылкой на ПРЕСС-СЛУЖБУ ПРЕЗИДЕНТА, появилось сообщение о том, что отставки Березовского добились Чубайс и Немцов.

Таким образом, Валя, по сути, не стесняясь, водрузил на Кремлевскую башню флаг Березовского и объявил администрацию президента военным фортом своего друга-олигарха.

Когда же я зашла в день отставки БАБа на Старую площадь в Управление президента по связям с общественностью, Волин мрачно сообщил:

- Всё. Вот теперь Чубайсу, похоже, действительно п...ц. В ближайшее время нужно ждать ответного удара со стороны Гусика и Босика по младореформаторам. И мало им, думаю, не покажется...

Через несколько дней грянул скандал с "Делом писателей". И мало "писателям", действительно, не показалось! Чубайса обвинили в получении завышенных гонораров книгу "История приватизации в России". (Если мне не изменяет память, речь шла о 90 тысяч долларов. Чубайсовский пресс-секретарь потом оправдывался в кулуарах, что "Рыжего подставили". А подстава заключалась-де в том, что счета его, по его личной глупости, оказались в "Мост"-банке, у Гусинского).

В ходе операции Березовского и Юмашева, получившей в журналистской тусовке крылатое название "Разгон Союза писателей", своих постов лишились чубайсовские "соавторы" Петр Мостовой, Альфред Кох, Максим Бойко и Александр Казаков. А чуть позже, в момент замены Черномырдина на Кириенко, Чубайс тоже как-то случайно потерялся где-то по дороге из одного правительства в другое.

Так что за свою "голову" Березовский тогда заставил противников отплатить чуть ли не вдесятеро.

Иногда взаимная личная месть героев "первой олигархической" доходила до смешного. А именно - до идеологии. Осенью 1997 года во время поездки президента в Нижний Новгород (той самой, где Ельцин пожаловался, что друзья "запрещают ему говорить "про это"" - в смысле, про то, будет ли он баллотироваться на следующий президентский срок), как заранее поспешили объявить журналистам Немцов и Чубайс, глава государства должен был сделать "судьбоносное" заявление. Пиарщики со Старой площади немедленно разъяснили кремлёвским журналистам, что Ельцин намерен объявить "новую национальную идею", которая, наконец-то, выработана в недрах Кремлёвской администрации. Строй, при котором мы живём, должен был быть впервые официально назван - "капитализм", а светлое будущее, к построению которого президент должен был предложить народу стремиться, в документе обозначалось как "народный капитализм". Основные тезисы "национальной идеи" заключались в "уходе от криминального чиновничьего капитализма и построении капитализма с равными возможностями для всех". И в довершение, планировалось, что президент прямо выскажется в поддержку продолжения "открытых аукционов с равными возможностями".

Не удивительно, что в тот момент все эти тезисы были расценены ближайшим ельцинским окружением как опасные происки вражеского клана Чубайса. Поэтому "судьбоносное" выступление президента тоже как-то случайно затерялось где-то в недрах юмашевского письменного стола, и страна, сама того не подозревая, так и осталась без капиталистической "национальной идеи".

Кстати, во время путешествия с Дедушкой в Нижний Новгород я, замаскировавшись под секретаршу-стенографистку, проникла на закрытое совещание президента с губернаторами из ассоциации "Большая Волга" и услышала, как Ельцин с явным удовольствием обкатывал на регионалах те самые тезисы "капитализма с равными возможностями".

  • * *

А в начале 1998 года по редакции "Русского Телеграфа" молниеносно распространился "слив" от нашего инвестора Потанина: в Давосе, во время Всемирного экономического форума, Борис Березовский при поддержке нефтяных олигархов и нескольких оппозиционных политиков сколотил пакт в поддержку замены Ельцина на Черномырдина. "Поняв, что с Ельциным, даже с больным, к которому нет-нет, да и прорываются конкуренты по бизнесу, каши все-таки не сваришь, БАБ решил его менять" - такая трактовка звучала тогда в политической тусовке.

Трудно было сразу судить, является ли этот "слив" лишь ответным ударом Потанина в информационной войне. Но через несколько дней и сам Березовский фактически подтвердил это, выступив в интервью "Аргументам и Фактам" с провозглашением Черномырдина "единственным приемлемым кандидатом" в президенты.

А еще через несколько дней тогдашний глава правительственного департамента информации Игорь Шабдурасулов (имевший репутацию человека БАБа) радостно сообщил мне, что отныне премьер Черномырдин намерен еженедельно выступать перед гражданами России с телеобращениями. До того момента выступать с еженедельными обращениями к гражданам (да и то - по радио, а не по телевидению, чтобы лишний раз не демонстрировать плачевное состояние своего здоровья) мог позволить себе только один человек в стране - президент.

При живом себе Ельцин такой конкуренции долго терпеть не стал. И давосская мина замедленного действия, заложенная Березовским, как он думал, под "устаревшего" Дедушку, на самом деле начала оттикивать обратный счет для премьера Черномырдина. А заодно - и для всей политической системы, выстроенной Ельциным.

Здесь надо отдать должное провидческому дару Березовского. Его прогноз: "Ну всё, ребята, вам п...ц теперь!", - который он в момент "Связьинвеста" дал Немцову с Чубайсом, вскоре сбылся даже в гораздо больших масштабах, чем предполагал сам олигарх. Не миновав заодно и его самого.

[page_14246.htm к оглавлению] # далее