5. На что жил Нагульнов?

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Книга "Человек с рублем"

Михаил Ходорковский, Леонид Невзлин, 1992 г.
***

Часть V. На что жил Макар Нагульнов?

КВИНТЭССЕНЦИЯ НАУКИ, КОТОРОЙ НЕТ

За последние лет шесть книжный рынок преобразился, цензорская плотина прорвана, появилось ТАКОЕ, о чем не то, что говорить – даже думать было опасно. И все-таки одно издание мы выделили бы особо, думаем, оно бы победило на конкурсе «Книга десятилетия». Жаль, что у него мизерный тираж, всего четыреста тысяч. Эта книга, безусловно, заслуживает быть настольной для каждой советской семьи, ибо в ней исчерпывающие ответы на самые волнующие вопросы.

Книга эта – «КРАТКИЙ СЛОВАРЬ ПО НАУЧНОМУ КОММУНИЗМУ». Если кому-то почудится налет иронии в наших словах, спешим уверить, что он глубоко ошибается. Перед нами – квинтэссенция науки, которой нет, свод, энциклопедия обмана, обмана преднамеренного и продуманного, подкрепленного самыми высокими научными званиями авторов – от академиков до докторов исторических, философских и экономических наук.

На титульном листе – 1989 год, так что товар не залежалый, научные воззрения последней свежести.

Уже тогда в прессе определенной направленности кооператоров называли необуржуазией. Открываем страницу 25. Чтобы получить ответ на вопрос, что такое буржуазия, читаем: «Углубляющийся научно-технический прогресс, образование различных слоев и фракций империалистической буржуазии обострили старые и породили новые, еще более острые противоречия капитализма... созданная буржуазией система монополистического тоталитаризма, силовая внешняя политика и безудержная гонка вооружений поставили человечество на грань термоядерной катастрофы. В борьбу против засилья монополий, за выживание человечества все решительнее включаются интеллигенция и служащие, «инженерный пролетариат» и фермеры, мелкая и средняя буржуазия города и деревни, молодежь и студенчество, широкие демократические слои. Ведущей силой в борьбе за свержение господства буржуазии выступает рабочий класс. Свержение господства буржуазии как класса, передача основных средств производства в общественную собственность – закономерность современного исторического развития. И ни слова о сравнении материального положения, уровня жизни при капитализме и при социализме!

Словом, буржуазия – исчадие зла. Вот если бы еще хоть одну таблицу для доказательств: жизненный уровень народа при буржуазии и при социализме, чтобы было понятно, почему рабочий класс проникся к ней такой социальной ненавистью. Не мешало бы и фактов: где рабочий класс выступает ведущей силой в борьбе за свержение господства буржуазии и кто же не в ведущей силе? Фактов – нет, потому что нигде в самых разбуржуазных государствах рабочий класс не выходит на баррикады, ему некогда заниматься пустым делом, он работает и получает столько, сколько никогда не получал при социализме.

СССР – ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКАЯ ДЕРЖАВА?

А сейчас – экскурс в область формальной логики. Десятилетиями нам вбивали в голову, что политические убийства, проституция, торговля наркотиками, шантаж и коррупция, наличие мафиозных структур – составляющие так называемого «свободного мира», звериный оскал империализма. Значит, там, где это есть, есть и этот самый оскал. В СССР все это тоже имеется в огромных размерах. Значит, СССР – империалистическая держава? Мы пришли к тому, от чего открещивались? Занятно: вот что значит жить догмами!

Захотелось нам узнать, что такое безработица. Ответ: «Это социально-экономическое явление капиталистического способа производства, обусловленное действием его экономических законов» (С. 20). Очевидно, можно не комментировать, все ясно. Продолжим экскурсию по словарю. «Военно-промышленный комплекс (ВПК) – сложившаяся в ряде капиталистических стран совокупность социально-экономических, политических и идеологических структур, связанных между собой участием в производстве военной продукции и проведении политики милитаризма».

Если этому поверить, в СССР никогда не было ВПК, не было гипертрофированного Молоха – военного бюджета, не он определял все, не он грабил здравоохранение, образование, культуру.

КАК ЖЕ БЕЗ РОДИМОЙ!

А вот и совсем классика: «Возрастание роли Коммунистической партии в современных условиях. В условиях перестройки партия демократизирует свою руководящую деятельность и внутреннюю жизнь, ставит задачу создать такие политические механизмы и гарантии, которые исключили бы в будущем возможность нарушения ленинских принципов партийного руководства обществом» (С. 39).

Не странно ли, что после смерти Сталина почти сорок лет приходится заниматься одним – восстановлением ленинских норм жизни? И невдомек, что все, что происходило и происходит, как раз в точном соответствии с нормами Владимира Ильича, пренебрегавшего законностью! И еще одно дивно – после трех дней августа 1991 года страна осталась без партии.

Да как же это мы без возросшей роли, без ленинских принципов, без Старой площади?!?! Без указивок, кому, как, что и о чем и о ком думать? Кому, что и почем приобретать? И как же без рекомендаций, имеющих силу закона, выработать критерии разумных потребностей?

РАЗУМНЫЕ ПОТРЕБНОСТИ

Термин этот не нов, им давно пользуются социологи, философы, но только у нас. Выработка разумных потребностей была возведена в ранг сверхактуальной государственной политики. На Западе куда проще: определяется минимальный уровень жизни, за которым – черта бедности, и все, не надо никаких философских вывертов. И государству ясная картина и избирателям: растет число за чертой бедности – значит, надо менять правительство, которое не справилось с главным – повышением жизненного уровня народа.

НЕ СПРАВИЛСЯ – УХОДИ

Оправдания со ссылкой на объективные трудности и прочее в расчет не принимаются: не справился – уходи. Речи о пределе, разумности, потолке потребностей не возникает: каждый сам вправе распоряжаться своими доходами, может заработать ровно столько, сколько в его силах.

И все-таки что же вкладывается в это понятие? Итак, ПОТРЕБНОСТИ РАЗУМНЫЕ – «потребности, побуждающие человека к активной жизнедеятельности, способствующие его физическому и духовному совершенствованию. Противоположное понятие – неразумные (ложные, мнимые) потребности, удовлетворение которых ведет к физической и духовной деградации личности... Поскольку личность и ее потребности есть продукт развития общественных отношений, постольку и критерий потребностей разумных неизбежно соотносится с моральными нормами и ценностями, господствующими в данном обществе. В социалистическом обществе понятие потребностей разумных неотделимо от коллективистской и трудовой сущности социалистического образа жизни и противостоит эгоистическим желаниям, индивидуалистическим прихотям, паразитическому стремлению прожить за счет общества и другим уродливым явлениям, лежащим в основе мещанско-потребительской психологии».

«КАЖДЫЙ СВЕРЧОК ЗНАИ СВОЙ ШЕCTOK»

Это не просто набор слов, сквозь который трудно пробраться, это – программа, предписывающая одно: не высовываться, жить уравнительно со всеми. Есть на семью из трех человек – 30 квадратных метров жилплощади – значит, все по норме, ты не можешь подыскать удачный вариант обмена и въехать в пятидесятиметровую квартиру, потому что появятся излишки жилплощади, а это не положено.

У тебя есть квартира, не важно какая, значит, на дачном участке ты можешь воздвигнуть лишь продуваемую всеми ветрами развалюху, но никак не дом, в котором можно отдохнуть и зимой: не положено иметь и дом и квартиру. Жена больна, нуждается и зимой в чистом воздухе? А на что у нас бесплатная медицинская помощь – в больницу ее! На даче не должно быть никаких пристроек, погребов. Вырастил что-то, сверхурожай – на рынок идти нельзя, это проявление психологии частника, рвача, извлечение нетрудовых доходов. Что-то вырастил – сдай излишки бесплатно в детсад или детский дом.

На троих две легковых машины? И от третьей бы не отказались? Ну, знаете ли, всему есть предел, не пожалуете ли на партчистилище, члены парткома вам быстренько мозги вправят: психология вещизма – не наша психология! Вы нам уже давно подозрительны, дорогой товарищ, что-то слишком часто меняете костюмы, обувь, и рубашка на вас всегда новая. На всех парах летите к персональному делу, на всех! Да, по работе к вам претензий пока нет, но мы не можем не заботиться о вашем моральном облике, что-то вы частенько киваете в сторону гниющего буржуазного Запада. Наш вам совет – доведите свои потребности до разумных пределов. До разумных!

АСКЕТ НА ПЬЕДЕСТАЛЕ

Увы, в этом монологе не утрирована ни одна фраза, все это нам приходилось слышать. И в кино, и в театре, и в книгах, и газетах – именно под этим ракурсом шло оболванивание советского человека.

Никто из партийных пастырей не воспринимал всерьез утверждение из того же словаря: «Социализму одинаково чужды и буржуазные идеалы общества потребления, и грубо-уравнительные идеи аскетического ограничения и самоограничения потребностей» (С. 298). Ну, уж нет! Аскетизм и самоограничение потребностей поднималось на щит. Образец положительного героя в литературе и искусстве – это аскет, удовлетворяющийся кулаком вместо подушки, бессребреник, у которого ни кола, ни двора, вечный скиталец с одной великой стройки на другую.

Ему не до дома, не до семьи, не до детей, он одержим одной работой, через это неудачник в личной жизни, фактически тот же святой, но святой коммунистический.

ПРЕДЕЛ МЕЧТАНИЙ – БАЛАНДА

В обществе, где насыщенье шло только через лозунги, такие аскеты и были позарез необходимы: у них не было не только разумных потребностей, они обходились вообще без потребностей, удовлетворялись горбушкой черного хлеба с кипятком. Им бы зэковскую пищу – пусть и баланда, но горячая, три раза в день, в определенное время – предел мечтаний! Разумные потребности на деле оборачивались жестким самоограничением во всем, принятием отшельнических норм жизни. Удивительно, как только дети зачинались...

ПОТРЕБИТЕЛЬСТВО КАК «СИСТЕМА ЦЕННОСТНЫХ ОРИЕНТАЦИЙ»

В недавнем, советском прошлом было модно обвинять в мещанско-потребительской психологии. Это есть не что иное, как «система ценностных ориентаций субъекта (личности, социальной группы), для которого потребление материальных благ является основой жизнедеятельности. Мещанско-потребительские взгляды и настроения (зависть к богатству, накопительство, бездуховность и т. п.) исторически присущи, прежде всего, представителям мелкобуржуазных слоев, занимающих промежуточное положение между имущими и неимущими классами, – ремесленникам, мелким торговцам и пр., т. е. тем, кого в дореволюционной России относили к мещанскому сословию.

В условиях социализма рецидивы мещанско-потребительской психологии порождаются как объективными, так и субъективными причинами. К первым относятся, например, сохраняющиеся в обществе материальное неравенство, дефицит некоторых (!!! – Авт.) благ, ко вторым – недостатки в семейном и общественном воспитании, отрицательное воздействие на личность мещанского окружения и т. п. Мещанско-потребительская психология проявляется в таких негативных явлениях, как рвачество, стяжательство. Она толкает человека к поискам нетрудовых доходов... сопровождается снижением трудовой активности и духовных интересов человека, уходом его в потребительскую деятельность».

Сказанное нуждается в уточнении. Имелось в виду, что снижается не сама по себе трудовая активность, а меньше отдается труду на общественное благо. Когда человек все свои способности отдавал работе «на дядю» – это приветствовалось и поощрялось. Работа на себя оценивалась резко негативно.

Что поднималось на щит? Яснее ясного: «Антиподом мещанско-потребительской психологии является психология коллективиста и созидателя, видящего главный смысл жизни в труде на благо общества и ориентированного на всестороннее и гармоническое развитие. Социализм ведет борьбу с мещанско-потребительской психологией, опираясь как на силу закона, так и на силу общественного мнения, путем создания материальных и духовных предпосылок для развития творческого начала в каждом человеке, для полного удовлетворения его разумных потребностей» (С. 203).

Уффф, не знаем, как вам, а нам стало страшно.

РВАЧ КАК ВРАГ ТРУДОВОГО НАРОДА

Итак, что мы узнали? У нас, оказывается, был не повальный дефицит, а дефицит лишь НЕКОТОРЫХ благ. Стремящийся заработать – рвач, стяжатель, мещанин. (Слово это стало ругательным, а напрасно: это было сословие тружеников.) Не дать проявиться рвачеству можно одним способом – не дать заработать.

Нищенские ставки на основной работе, запрет на совместительство. Если продал что-то с дачного или приусадебного участка – значит, получил нетрудовой доход, вправе поднять вопрос о конфискации его источника, т.е. дачи. Обил кому-то дверь – статья УК за частнопредпринимательскую деятельность: не стяжательствуй!

Будь коллективистом и созидателем, ведь главный смысл жизни в труде на благо общества. Ибо твой труд на благо семьи, детей не вливается в труд твоей республики, может привести на скамью подсудимых. Обществу ты нужен бесштанным, претендующим лишь на рубище, иначе поступят по Закону! Так что: «…развивай в себе творческие начала, избегай мещанского окружения, мышления людей с мелкими интересами и ограниченным кругозором». (Советский энциклопедический словарь, 1990 г. С. 811).

ПРЕЗУМПЦИЯ ВИНОВНОСТИ

Разумные потребности – это потребности, ограниченные сверху. Нормативных актов не было (их обнародование было бы смертным приговором социализму в глазах мирового рабочего класса и крестьянства), существовали устные рекомендации, имеющие силу Закона, в том числе и для работников правоохранительных органов, смутно представлявших себе, что же такое презумпция невиновности. Построил дом – будь добр, докажи, что воздвиг на трудовые. Не сохранил квитанцию на покупку ста граммов гвоздей – это уже доказательство, что гвозди ворованные, дом подлежит конфискации. Смысл презумпции невиновности в том и состоит, что человек невиновен, он не должен сам доказывать это. Пусть следствие представит доказательства вины, иначе нет оснований для возбуждения уголовного дела.

ДОМ СО СВАЛКИ

Достоин Книги Гиннеса факт из эпохи треклятой войны с нетрудовыми доходами. Некто Икс в свободное время посещал свалки. Увидит бракованную плиту – на участок. Панель, кирпич, остатки цемента в мешках – все шло в дело, набралось на целый дом. Пришли любознательные по должности:

– Откуда домик?

– Со свалки.

– Документация есть?

Конфисковали! Такой своеобразный взгляд на презумпцию невиновности нашел поддержку и в Верховном суде – высшей апелляционной инстанции.

Прославленный полярник И. Д. Папанин, знавший механизм системы изнутри, до конца своих дней хранил мешок квитанций, чеков – на всякий случай. Хранил бумажки полувековой давности, жил в ожидании земного страшного суда.

Стоило кому-то написать анонимку «живет не по доходам», как сразу же приступали к работе партследователи. Отказался представить доказательства – значит, признал свою вину, готовилось персональное дело.

НАСАЖДЕНИЕ «РАЗУМНОГО»

Насаждение разумных потребностей шло продуманно. «Железный занавес» был установлен и для того, чтобы не сравнивали тот образ жизни с советским. Пребывание за границей фиксировалось в анкетах. В. М. Молотов перед войной побывал, как глава Советского правительства, в Германии. Вернувшись, невесело пошутил: «Ну вот, в анкетах придется писать «был за границей». Уж он-то знал, что многим это отрезало путь к карьере. Дело доходило до того, что некоторые дипломаты, как огня, страшились заграничных командировок, шли на все, только бы не испортить анкету.

СТРАНА ПАРАДОКСОВ

С развитием международного туризма возможность – за свой счет! – поехать в капитализм стали рассматривать, как... поощрение. Этой чести в первую очередь удостаивались ударники коммунистического труда, Герои Социалистического Труда, партийные и комсомольские бонзы и активисты. За право на первый круиз вокруг Европы на теплоходе «Победа» лет тридцать назад бились дамы высшего света, стремясь хоть одним глазком взглянуть на то, что столь ретиво предавали анафеме их мужья.

Отпрыски генеральных и просто секретарей считали ниже своего достоинства разъезжать по Москве и весям на машинах отечественных марок, носить отечественную обувь, костюмы, пользоваться отечественной радио- и телетехникой. Э. А. Шеварднадзе, еще, будучи первым в Грузии, попросил участников республиканского партийно-хозяйственного актива поднять левую руку с часами. Отечественных часов в зале не оказалось ни у одного ярого и даже сверхъярого приверженца социализма.

СВЕРХСЕКРЕТНАЯ СЕКРЕТНОСТЬ

Все они великолепно знали, что и где лучше. Шло раздвоение личности: одна мораль для себя, другая – для одурачиваемого народа. Система диктовала жить в двух измерениях, вела к фальши, разложению: дома – все, как при капитализме, с трибуны – ушаты помоев в ТУ сторону.

В СССР, если и был социализм, то – только для элиты, которая не признавала никаких разумных потребностей. Тон в этом задавали самые-самые-самые, тщательно законспирировавшись. Как жили верха – было тайной для собственного народа, и было что скрывать. Особенно секретно шло распределение благ.

Почти тридцать лет назад А. Т. Твардовский с горечью писал, что мы так «заказармились», что сверху диктуют, кому, с чем кашу есть.

С тех пор мало что изменилось.

ЗАМАХ НА ОСНОВЫ

МЕНАТЕП с первых дней приковывал к себе внимание, далеко не всегда дружественное. Атаки на нас заметно усилились, когда просочилась информация, что у нас нет никаких потолков зарплаты, что больше ценится как раз тот, кто больше трудится и больше зарабатывает. Адепты разумных потребностей всполошились: да это же капитализм?! МЕНАТЕП замахнулся на ОСНОВЫ! Да что же это будет, если все захотят получать по-менатеповски?

В проницательности им отказать нельзя, увидели суть. Увидели и страшную опасность: это же все против Системы!

ПОТОЛОК БЕЗ ПОТОЛКА

Мы не теоретики, наше дело – Дело. В потребности своих сотрудников мы не вмешиваемся, у нас своих забот хватает.

Чем выше потолок потребностей – реальных, зависящих от способностей и работоспособности, – тем в большем выигрыше оказывается МЕНАТЕП. Нам выгодно поддерживать рост потребностей, что мы и делаем.

История изучается и для того, чтобы не повторять ее ошибок. Ставка на минимализацию потребностей, на проповедь малых потребностей оказалась всеразрушительной. Зачем что-то наживать, если некуда ставить? Зачем надрываться на работе, если потребности все сведены к простейшему?

Так рубился под корень духовный, интеллектуальный и физический потенциал трехсотмиллионного народа. Невостребованность сил приводила к росту мнимых потребностей – пьянству и всем порокам, ему сопутствующим.

ПОЛИТБЮРО И МИМИКРИЯ

МЕНАТЕП и аналогичные структуры обвиняют в том, что они ведут к социальному расслоению, к социальному неравенству. Упускается из виду, что на самом деле все семьдесят лет процветало социальное неравенство, был щедро подкармливаемый и стимулируемый разного рода подачками класс номенклатуры, начиная от районной и кончая Политбюро, и класс с ограниченными властью, так называемыми, разумными потребностями.

Первый – жил богато, тщательно маскируя богатство, талантливо мимикрировал. Второй – довольствовался одним днем, отдавая скудные сбережения государству под нищенский процент.

Система тотального надзора и контроля над расходами нивелировала и доходы, и потребности. За норму жизни была усредненность во всем, в том числе доходах и расходах. Воюющие с паразитами в мировом масштабе содержали паразитов номенклатурных. Громче всех «Держите вора!», как известно, кричит сам вор.

ЧТО ОТЛИЧАЕТ ЧЕЛОВЕКА ОТ ЖИВОТНОГО?

В «Кратком словаре научного коммунизма» (как жаль, что издание это, судя по всему, последнее) не хватает еще одного ругательного, по большевистским понятиям, слова – «вещизм». Человека человеком сделал не только труд, но и чувство стыда, которого нет ни у одного животного. Даже первобытные постарались обзавестись вещью, которая никакой практической функции не выполняла, – набедренной повязкой прикрывали срам. Обнажение срамных мест уголовно наказуемо.

Вещизм заложен в природе человека, тяга к вещам так же естественна, как потребность во вкусной и разнообразной пище, красивой сервировке, радующим глаз чашкам и тарелкам.

Хочется удобства, уюта, комфорта, изысканно одеваться, иметь удобную надежную машину, яхту, самолет. Идет закономерный процесс обрастания вещами, стремления украсить свой быт, найти и придерживаться своего стиля в одежде.

Армянское радио спрашивают: чем социализм отличается от капитализма?

Отвечаем: при капитализме человек работает, чтобы жить, при социализме он живет, чтобы работать.

Мы увлечения делили на благородные, пристойные (книголюбы, меломаны) и вещистские: ах, Эн Эн раб вещей, раб своих ботинок, у него уже пятнадцать пар!

Да хоть сто или двести, что в этом противоестественного, если он тратит на них свои, законно заработанные?

Осуждение вещизма накладывало запрет на взыскательность. Имеешь ботинки – ну ходи в них и в пир, и в мир, и в добры люди, от ботинок требуется одно – чтобы они не промокали. Ноге сухо – вот и довольствуйся, если на всех производить по пять пар ботинок, кожи не напасешься.

Борьба с вещизмом – это насаждение все той же неприхотливости, непритязательности. Изделия легкой промышленности, неконкурентоспособные на мировом рынке, находили сбыт внутри страны: выбирать было не из чего. От отечественного ВЕЩИСТЫ шарахались в сторону.

ОПАСНОЕ ЧУВСТВО СЛОВА

Одно из самых потрясающих открытий после апреля 1985 года – это то, что американцы тоже люди со своими радостями, проблемами и сложностями, люди, которые в мире с нами нуждаются ничуть не меньше, чем мы в дружбе и согласии с ними. Они тоже ненавидят ложь, политиканство, мафию, лицемерие. Им свойственны земные огорчения и радости. И вообще все мы, вместе взятые, составляем единое целое – Землю людей. Только от единения усилий зависит спасение нашей планеты, которую – каждый народ порознь – мы столь энергично губим.

Это эпохальное открытие поспособствовало коренной ломке насаждавшихся, но, по сути, так и оставшихся чуждыми взглядов на жизнь как смертельное противоборство двух враждебных систем – ТОЙ и ЭТОЙ. Мы вдруг обрели чувство слова, стали вдумываться, что же пели.

И как один умрем

В борьбе за это.

Но помилуйте, если все умрем как один, с кем же останется ЭТО? И зачем же ЭТО, если оно всех погубит?

Кони сытые бьют копытами,

Встретим мы по-сталински врага!

Недопроявил бдительности усатый генералиссимус: встречать врага копытами – это встречать по-сталински, ну и ну!

Нам Сталин дал стальные руки-крылья,

а вместо сердца – пламенный мотор.

Вот и сляпали бессердечные, обмоторенные существа то, что получилось.

ПЕРЕКОВКА ТРУДОМ

Человек всегда имеет право на ученье, отдых и на труд. Труд в СССР стал делом чести, делом славы, делом доблести и геройства – сказано Сталиным. Существовал и такой термин – «перековка трудом». Ее, эту перековку, проходили на Соловках и на Беломорканале, на Колыме и великих стройках коммунизма, были задействованы десятки миллионов человек, именно ТАМ терявших свой, данный природой, облик. За пятиминутное опоздание на работу (извините, на дело чести!) следовало попадание на «перековку». Страна стала сплошной зоной «труда». И осталась.

Драматург Николай Погодин в тридцатые годы сделал себе имя пьесой «Аристократы» – о «перековывающихся», ставших – подумать только! – орденоносцами. Пьеса была рекомендована к постановке.

Пролетарский писатель Максим Горький лил слезы умиления от увиденного на строительстве Беломорканала (название папирос «Беломор» – в честь этой эпохальной стройки, где покойников не успевали хоронить). Автор «Матери», ярый ненавистник эксплуатации, восславил жизнь и труд каторжников, пришел в восторг от того, что социализм и отбросы общества, каковыми считали заключенных, перевоспитывает в нужном для себя духе. И в этом он увидел проявление «железной воли Иосифа Сталина», у которого на закате лет служил одописцем.

ТРУД КАК МЕРА НАКАЗАНИЯ

В магазине увидели хозяйственную сумку, а на ярлыке – «Объединение "Спецтруд"». Все понятно: зэковская работа. У нас в уголовном кодексе по сю пору существует статья наказания исправительно-трудовыми работами, наказание ТРУДОМ, который – как это? – «дело чести, славы, доблести и геройства». Проштрафившегося направляют на самую грязную, самую тяжелую работу с мизерной оплатой, из которой еще вычитают 10-20 процентов – удерживают! – в фонд государства. Безотказная форма самого натурального закабаления! В случае отказа избирается мера пресечения, связанная с лишением свободы.

Законодательно установлено деление на труд чистый, престижный, и на презираемый. Но, простите, нет в перечне профессий ни одной, не нужной обществу, раз эти профессии существуют, без них не обойтись! А в перечне этом – посудомойки, уборщицы, грузчики, санитарки: попробуйте представить себе без них нашу жизнь!

ОБОЙДЕМСЯ ЛИ БЕЗ ПОКОЙНИКОВ?

Свою лепту в искажение нормальных представлений о труде вносят и недальновидные средства массовой информации. Уважаемая газета написала, как о трагедии: олимпийский чемпион по хоккею опустился до работы могильщика, необходимо срочно его спасать! Помилуйте, спасать-то от чего? От труда? Кстати, очень тяжелого, особенно в ненастье или зимой. Разве могильщик – пария общества? Разве автору душераздирающей сенсации никогда не приходилось никого хоронить? И вообще – почему олимпийского чемпиона надо спасать, а его сотоварищей по кладбищу – не надо? И что будет, если всех спасем: кто же станет хоронить умерших? Эликсира бессмертия пока не имеется.

Давайте спасать от труда в общественных туалетах, в моргах – мало ли мест, где работа не из приятных, но так же необходима, как и каждая другая. Что тогда получится? Во всем мире почетен любой труд, который оплачивается.

В связи с этим обратимся к американским впечатлениям Маяковского:

«При встрече американец не скажет вам безразличное:

– Доброе утро.

Он сочувственно крикнет:

– Мек моне? (Делаешь деньги?) – и пройдет дальше. Американец не скажет расплывчато:

– Вы сегодня плохо (или хорошо) выглядите. Американец определит точно:

– Вы смотритесь сегодня на два цента. Или:

– Вы выглядите на миллион долларов.

О вас не скажут мечтательно, чтобы слушатель терялся в догадках – поэт, художник, философ. Американец определит точно:

– Этот человек стоит 1230000 долларов.

Этим сказано все: кто ваши знакомые, где вас принимают, куда вы уедете летом и т. д.»

ПРАВО НА БОГАТСТВО – ПРАВО НА МЕСТО В ЖИЗНИ

Добавим к этому: в Америке нас ни разу не спросили, сколько мы получаем. Вопрос ставился иначе: сколько мы зарабатываем? То есть: сколько мы стоим. Нет, и там есть профессии престижные и не очень, но все-таки Америку не удивляет, если в табели о рангах могильщик может стоять выше продавца, писателя так же, как и грузчик, уборщик мусора. Место в табели – от заработка. Америка не любит нахлебников, в почете – работящие, и почет в прямо пропорциональной зависимости от уровня доходов. Престижней тот труд, который приносит дохода больше. Перефразируя нашу пословицу, можно сказать: встречают по одежке, провожают по твоим доходам.

Это – стимул трудиться, стимул к богатству, тяга не к должности, а к месту, где можно больше заработать. Отсюда и поражающая наших советян раскрепощенность, отсутствие всякого заискивания перед должностным лицом, ощущение единства и равенства: да, ты богат, но и у меня дела идут в гору. Право на богатство – это право на место в жизни: оно за-ра-ба-ты-ва-ет-ся. Элемент протекции сводится к минимуму: как можно человека, стоящего пять центов, рекомендовать на миллионный пост?

РУБЛЬ ЗА ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ

Американец дорожит своей репутацией, ему невыгодно рекомендовать тупицу или бездельника, это не принесет ничего, кроме убытков. Американец не запускает бумерангов, привык взвешивать и прогнозировать каждый шаг так, чтобы оставаться с прибылью.

У нас анкеты, номенклатура, отделы кадров, ни один мало-мальски серьезный кадровый вопрос не решался без ведома парторганизации – кадрами занималось столько народу, что подсчитать невозможно. Уборщицу, дерзнувшую попасть на работу в почтовый ящик, «просвечивали» в КГБ до полугода, изучали всю подноготную. Ей зарплата шла тридцать рублей в месяц, а одно «просвечивание» обходилось в десять-двадцать тысяч рублей. Да откуда же нам быть богатыми, коль мы столь расточительны!

Кстати, почти все советские журналисты, писавшие об Америке, действовали по шаблону Горького: непременно шли в трущобы, показывали изнанку. Это относится и к Маяковскому, и к авторам «Одноэтажной Америки», и к другим, немаститым; помойная яма всегда оставалась пахучей.

УДАРНИЦА ТУАЛЕТНОГО ТРУДА

Мы бы погрешили против истины, если бы написали, что в Америке в любом отношении все безоблачно. Там есть свои пуританствующие, живущие по представлениям библейского Ноя. Как известно, в ковчеге Ноя было семь пар чистых и семь пар, соответственно, нечистых. Какая-то часть населения придерживается такой точки зрения: чистым – чистый труд, нечистым – весь остальной. И в прошлом году весь чистый, элитный Нью-Йорк взбудоражила двадцатилетняя эмигрантка из Москвы: устроилась на работу в мужском туалете ресторана одного из самых фешенебельных отелей. По ночам в эту часть ресторана началось паломничество, увеличилось число посетителей ресторана. Мужчины весьма респектабельные хотя и любопытствовали, но были несколько смущены. У юной очаровательной уборщицы, похоже, не имелось никаких комплексов, она работала так, что в Москве могла бы заслужить звание ударницы туалетного труда. Чопорной Америке был преподан своеобразный, урок: в мужском туалете она предстала в роли ученицы.

ЗЛОЙ ГЕНИЙ – ТОЖЕ ГЕНИЙ

Советская власть – власть продуманная «от» и «до», во многих отношениях она – верх совершенства. Совершенства эти из рода тех, что и злой гений – гений тоже. В фундамент власти были заложены элементы самозащиты и самосохранения, самым могучим из которых был страх перед наемным трудом, за использование которого, о чем уже упоминалось, было предусмотрено суровое наказание.

Несколько хозяев, занятых сельхозработами, пригласили пастуха – найм. Мастеровые люди – плотники, каменщики, печники, кузнецы – оказались не у дел. Их труд был позарез нужен, но вступать с ними в деловые отношения мешала соответствующая статья УК. Число умельцев резко пошло на сокращение, вымирали бондари, столяры, в деревне некому стало сделать телегу, сани, вилы, бочку, грабли. Все хирело на корню, деревня постепенно вымирала.

ГРОБОВЩИКИ – УДАРНИКИ

Труд шабашников преследовался. Зато широко открывались ворота социалистических предприятий с нищенскими расценками, с потолком зарплаты. Как бы «мастер золотые руки» ни старался, – в получку ему причитались гроши. Особо отличившимся – почетная грамота «За успехи в социалистическом соревновании». (На московском заводе, что на задворках Савеловского вокзала, где делают гробы, были свои бригады и ударники коммунистического труда, висели призывы: «В честь …летия со дня рождения Ленина повысим качество продукции, дадим сверхплановой продукции на пять процентов!» – увы, это не анекдот, у гробовых дел мастеров наглядная агитация была на уровне, в райкоме партии их ставили в пример. На доске почета красовались портреты гробовщиков – передовиков соцсоревнования по ударной встрече очередного красного дня календаря.)

ПОТОВЫЖИМАЛКИ ПО-СОВЕТСКИ

Создатели человеконенавистнической системы ликвидации наемного труда зрели, по К. Пруткову в корень – они не были слепцами, все хорошо подсчитали: раз наемный труд производительнее, его надо ликвидировать, чтобы не с чем стало сравнивать труд общественно-социалистический. Преследовалась и еще одна, скрытая цель: социалистический труд позволял усилить эксплуатацию, грабить работника так, как при капитализме не было и не могло быть. Грабеж маскировался так называемыми историческими завоеваниями социализма: низкой квартирной платой, бесплатным образованием, медицинским обслуживанием, библиотеками.

МАНИПУЛЯЦИЯ ПРОЦЕНТАМИ

Пропагандистская машина работала ловко, манипулируя процентами: в СССР квартплата составляет 2-3 процента от зарплаты, а ТАМ – третью часть. Все правильно, за исключением одной малости: наполнения, удельного веса этого процента и размеров жилплощади. У нас – измерение на квадратные сантиметры, там – числом спальных комнат. Там минимальная стоимость рабочего часа порядка 15-20 долларов, у нас – стыдно даже назвать сумму: «минимум-миниморум».

Налоговые прессы в СССР были куда мощнее и обескровливающее, чем в США. Американский рабочий автомобильной промышленности у того же Форда за три-четыре месяца работы мог купить легковую машину. У нас на АЗЛК, когда «москвич» стоил 6000 рублей, его себестоимость была порядка 700-800 рублей, среднемесячная зарплата рабочего – 50-160 рублей. Сорок месяцев труда (нет, извините, мы из 150 не вычли еще подоходный налог, – сорок шесть месяцев труда), почти четыре года не есть, не пить, не тратить на семью.

На реализации «москвича» государство имело 700-800 процентов прибыли, из которой рабочему доставались копейки в виде бесплатной медпомощи (в АЗЛК своя поликлиника) и еще кое-каких услуг.

КРЕПОСТНИЧЕСТВО СОЦИАЛИЗМА

Труд рабочего за полгода эквивалентен себестоимости одной машины, на покупку которой требовалось трудиться в восемь раз больше. Такой чудовищной эксплуатации капитализм просто не выдержал бы. Потогонная система – это все относится как раз к социализму. О крепостническом характере труда в коллективизированном сельском хозяйстве речь уже шла неоднократно. Все это – самое натуральное рабство.

Спасение – в наемном труде. Определенные средства массовой информации полны разглагольствований о чуть ли не преступном, завышенном характере зарплаты в коммерческих структурах: за одну и ту же работу предприниматель платит в 4-5 раз больше, чем государство. Так ведь предприниматель все возвращает на круги своя: если государство платит процентов 8-10 от стоимости продукции, то хозяин – 50-60 процентов. Он платит подоходный налог и не позволяет государству выгребать все подчистую. По сравнению с государством он благодетель, а отнюдь не грабитель.

ПСИХОЛОГИЯ СОВКА

Беда в том, что живуча совковская психология: государство – оно наше, грабит нас в наших же интересах, а вот частник-предприниматель загребает жар руками работяг, наживается – не дадим! Как это так – своими мозолистыми руками мы будем плодить эксплуататоров? Не выйдет!!! Пусть будем босы и голы, но зато во славу государства, не станем жить под буржуинами!

Вольному, как говорится, воля, никто никого не насилует. Кому-то хочется прозябать в нищете – голытьбуйте в свое удовольствие. Кому-то нравится хорошо зарабатывать, жить по-человечески – тот пойдет к предпринимателю, и ему будет, что считать в СВОЕМ кармане. Равенство в праве на доход, но не равенство в доходе. Совковые системы обанкротились, но живуча совковая психология, ох, живуча...

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЗАВОДЬ

Государственные предприятия превращались в тихую заводь, работали на морально устаревшем оборудовании, не знали конкуренции. У частника сонному царствию конец, конкурент никогда не дремлет, интенсификация и мысли и труда, в цене – живчики, скорость и основательность; переделка обходится дороже. Частнику выгодно заботиться о социальной защите работников: нужны действующие, приносящие прибыль, а не больные.

ПРОГРАММИРОВАНИЕ БЕД

Государство думало иначе. Славный город Братск был на десятилетия запрограммирован с социальными бедами. Бывший начальник Братскгэсстроя И. И. Наймушин произнес историческую, гибельную для города фразу: «Мы гидростроители, а не градостроители». Вот и жили в палатках, землянках.

У каторжан были жилищные условия лучше, чем у съехавшихся на очередную великую стройку коммунизма.

ГОРОД-ИНВАЛИД, ГОРОД – БОЛЯЧКА

Наймушин ГЭС сдал, получил Золотую звезду, отбыл на новый «гидро», а не – «градо». Расхлебывайте, потомки, не поминайте лихом! Он не в ответе, что оставил после себя полумиллионный город-болячку. Зато было: «Сдадим объект досрочно!» Параллельно с досрочной сдачей – досрочные, неизлечимые бедствия города-инвалида. Таких инвалидов у нас целые регионы, фактически вся страна – инвалид.

ВСЕ, КРОМЕ ГЛАВНОГО

Государство брало на себя все заботы, кроме одной, наиглавнейшей: не обеспечивало нормальный уровень жизни. Высокая зарплата – самая твердая гарантия социальной защищенности: у богатого есть на что и жилье построить, и учителя нанять, и хорошего врача пригласить. Передоверился государству – довольствуйся объедками с номенклатурного стола. Того же Ивана Ивановича Наймушина пользовали кремлевские врачи, спал он в пятидесятиградусный мороз не в палатке.

В ЧЕМ КОРЫСТЬ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ?

Как это ни непривычно звучит, но самый надежный социальный защитник трудящегося – предприниматель: именно он обеспечивает возможность зарабатывать, и именно по труду. Он не устанавливает никаких «потолков», кровно заинтересован в том, чтобы нанятый работал как можно лучше и производительнее.

Корыстная заинтересованность? Да, корыстная. Наше личное материальное положение в руках работающих на МЕНАТЕП, а значит, – и на нас. Чем лучше работа каждого, тем прибыльнее ЛИЧНО НАМ, у нас нет ни потолка доходов, ни потолка потребностей. Нам лично тесно в костюме миллионера, нас притягивает одеяние миллиардера, мы надеемся на равных беседовать и вершить дела с американскими дельцами из первой десятки самых богатых. И миллиардерами мы намерены стать не рублевыми, а долларовыми: для нас очень важна не форма, а содержание.

ОДЕЯНИЕ МИЛЛИАРДЕРА

Путь к одеянию миллиардера для нас один: дело, которому мы служим. Мы не относимся к любителям громких слов, но в данном случае сделаем исключение: не будет в стране благоденствия, пока не появятся рядовые миллиардеры. Появление своих миллиардеров – экономическая необходимость. Вместе с их появлением автоматически растет и уровень жизни. Миллиардеры не появляются на пустом месте, их порождает СИСТЕМА ВСЕНАРОДНОГО БОГАТСТВА. Если изобразить карту благосостояния, то нищие государства выглядели бы сплошной равниной (весь бывший СССР), побогаче – возвышенностями, а США. Япония, Франция, ФРГ, Италия, Великобритания – горными массивами с пиками-миллиардерами.

ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВО ПРОТЕКЦИЯ

Гимнов предпринимательству много. Еще один довод в его пользу: отмирают «междусобойчики» – сборища выгодных друг другу воротил и доставал, их место занимает деловое партнерство. Сокращается число так называемых «нужняков» – нужных людей в руководящих сферах, подрубаются корни протекционизма. На работу берут не чьего-то Зятя, Свата, Брата, Деверя, Шурина, Десятую воду на киселе, «нужного человека», берут – Работника.

Содержать престижного бездельника за счет государства было можно. Содержать за свой счет дурака только потому, что он чей-то Сват или Зять, – накладно. По блату можно было устроиться на теплое местечко. В госструктуры дорога открыта и теперь.

Чтобы попасть к нам, в МЕНАТЕП, требуется, прежде всего, голова и способности. Дураку, пусть и сановному, не доверим даже технической работы. У нас любая бумажка прямо или косвенно связана с деньгами, что-то отправлено не по адресу или ушло с опозданием – финансовый или моральный (а это неразрывно) ущерб доброму имени нашей фирмы. А это считается должностным проступком и несовместимо с пребыванием в МЕНАТЕПе. Механизм современных часов состоит из тысяч микродеталей, подогнанных друг к другу. Не сработала одна – сбой в работе всего механизма, И не для того мы отлаживаем механизм МЕНАТЕПа, чтобы разладить его во имя ее величества Протекции.

СВЕРХУ – ДИКТАТ АНТИЭКОНОМИКИ

Еще один плюс предпринимательства – резкое сокращение расходов на содержание контрольно-ревизионного аппарата. В госпредприятие толпами шли комиссии – народный контроль, КРУ и ОБХСС, представители министерств и ведомств, составлялись пудовые годовые отчеты для ЦСУ, вышестоящих организаций, выводились миллиарды цифр по миллионам показателей. До конца года надо было выбрать фонды по всем статьям, даже ненужное, лишь бы не произошло ущемления, – шло самое настоящее растранжиривание средств.

Это была антиэкономическая практика, насаждавшаяся сверху: каждый год тратились впустую десятки миллиардов рублей. Все – и Совмин, и Госплан, и Минфин, и ОБХСС – знали изнанку этого грабежа госбюджета и спокойно на это взирали: не нами заведено, не нами и будет остановлено.

НЕ РАБОТАЕМ НА ПРОВЕРЯЮЩЕГО!

Менатеп – наш, это собственность акционеров, народа весьма взыскательного и требовательного. Бездумных трат нам никто не позволит. По какой-то статье расходов не выбраны деньги – это еще не повод для ЧП: будем разбираться, а была ли необходимость все ВЫБИРАТЬ? Критерий один: выгода, целесообразность. Варьирование расходами – в наших руках, никакие инструкции Минфина и других ведомств для нас не указ, лишь бы не нарушалась законность. Мы подотчетны в первую очередь вкладчикам, акционерам, – перед ними и отчитываемся. Минфин и Госбанк вмешиваются лишь в одну сторону нашей деятельности: удержание налогов. Для тьмы других проверяющих дорога закрыта: с какой стати кто-то со стороны будет проверять, как и на что мы тратим собственность МЕНАТЕПа? И с какой стати будут отвлекать наших сотрудников? Кто возместит убытки? Мы же платим им за работу на МЕНАТЕП, а не на проверяющего!

СПРУТ УЧЕТА И КОНТРОЛЯ

Все эти бесчисленные комиссии и проверяющие семь десятилетий мешали работать, тормозили инициативу, каждый шаг требовалось согласовывать. Исполнительство без инициативы – путь к прозябанию, но никак не к богатству. Какое там творчество со связанными руками и ногами и с повязкой на глазах?

Все это делалось во исполнение ленинского «Социализм есть учет и контроль». Учитывающих и контролирующих развелось больше, чем созидающих, страну задавил спрут учета и контроля, когда главным стало не сделать, а – ОТЧИТАТЬСЯ.

Предпринимательство ставит точку на этом вселенском безобразии, потому что оно умеет считать. Система контроля и учета остается, но не в таких гигантских размерах, а в пределах разумного, учет, а не УЧЕТИЩЕ, контроль, а не КОНТРОЛИЩЕ. Для богатства, а не для бедности. Для прибавления, а не для отнимания.

А если обобщить – предпринимательство отсекает все лишние звенья по всем направлениям, оставляет только то, что работает на прибыль. Предпринимательство в основе своей прагматично, оставляет и приумножает только действенные структуры, где нет места тунеядствующим и изнывающим от безделья. Объяснение до обидного простое: траты из своего кармана, а у своих денег, если хочешь, чтобы они водились, есть одна особенность: любят счет, ликвидируют неразумные и штаты, и траты.

НЕ ЗАКОННОСТЬ, А ПРИНЦИП ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТИ

Предпринимательство подкосило под корень институт так называемых «подснежников», в насаждении которого преуспели партия и комсомол. По партийному уставу, освобожденных секретарей парторганизаций избирали там, где на партучете состояло не меньше ста коммунистов. Где был недобор коммунистов, насчитывалось их меньше ста, там зачисляли секретарей на любую должность, лишь бы осуществлял партнадзор.

Особо почиталась ими должность инспектора по кадрам, заместителя директора по быту и т. д. в том же непыльном духе. Партрезерв – комсомол – не отставал и в этом: чуть в начальники – сразу чурался черной работы. Кстати, Михаил Шолохов в «Поднятой целине» обошел деликатный вопрос: а где, собственно, получал зарплату и на что жил Макар Нагульнов? В ячейке, помимо него, были лишь Давыдов и предсельсовета Разметнов, работой, другими крестьянскими заботами не занимался – на что же жил и содержал сексапильную Лушку? Не иначе, как подкармливался за счет власти.

Устремленный в мировую революцию, готовый шашкой рубить головы вселенским буржуям, Макар Нагульнов во всех своих ипостасях был нарушителем законности. В колхоз – принуждал. Револьвером, в прямом смысле этого слова, выбил хлеб из середняка Банника. Непокорных – фактически арестовывал. Он привык, как и было принято в те годы, руководствоваться не законом, а принципом целесообразности. Страшная фигура – Макар Нагульнов – партвожак с замашками уголовника. Жизнь готов был отдать за лучшее будущее и – чтоб не было никакого богатства. В том видел свое предназначенье и счастье.

Двое мужчин и одна женщина оказываются на необитаемом острове.

Англичане бы устроили дуэль из-за единственной женщины.

Американцы бы затеяли из-за нее драку.

Французы бы стали жить втроем.

Евреев бы скоро стало четверо: сумели достать вторую женщину.

Русские бы создали колхоз: один мужчина стал председателем, второй – секретарем парторганизации, а «народ» они погнали бы в поле.

Один из нас в школе писал сочинение на тему «Внуки Макара Нагульнова», оцененное, помнится, высшим баллом. В те юношеские, романтические годы и в голову не могло прийти, что жизнь, богатая на самые замысловатые сюжеты, преподнесет встречу с духовными внуками несгибаемого Макара. Во всем «блеске» проявили они себя, когда началась кампания борьбы с нетрудовыми доходами. Сразу попали в родную стихию! Были произведены в прорабы перестройки.

«РУКИ В МОЗОЛЯХ? ХАПУГА!»

Для этого требовалось немногое: быть при власти и стричь тех, кто хотел хорошо зарабатывать и нормально жить. Именно так и поступал вознесшийся на волне борьбы с нетрудовыми доходами некто К., председатель сельсовета под славным городом Сочи. Все шло по пословице: заставь дурака Богу молиться, он и лоб расшибет. Из-за усердия не по разуму страдали отдыхающие: гости города-курорта были оставлены без овощей и фруктов. Подготовку К. получил соответствующую: в вечернем университете марксизма-ленинизма, на заочном отделении высшей партшколы.

Он прямо-таки расцвел, когда вышла позорная директива о борьбе с хапугами. От второго секретаря горкома партии получил разъяснение, кого можно считать хапугами и искоренять:

– Это те, кто получают больше, чем я. Моя зарплата – триста в месяц.

Директива спущена, теперь – за выполнение. Что больше всего волновало сельсоветского слугу народа? На приусадебных участках и бросовых землях «в больших количествах выращиваются цветы и цитрусовые культуры, а на вырученные от их продажи в разных городах страны значительные средства широко ведется самовольное строительство шикарных домовладений, приобретаются автомобили, оборудование для теплиц, оранжерей, сельскохозяйственная техника. С их помощью умножают свои доходы, чем наносят не только экономический (??? – Авт.), но и большой моральный ущерб. Дискредитируется честный (??? – Авт.) труд на совхозных полях, из года в год в хозяйствах падают производительность труда, урожайность и рентабельность».

Не мог К. допустить, что односельчане после каждой поездки в дальние края богатеют на десятки тысяч рублей, меняют машину за машиной: честь и совесть коммуниста он не променял на личное благополучие. Для поездки в дальние края требовалась справка из сельсовета. К. не давал ее до тех пор, пока фрукты не превращались в гнилье. Рынки Сочи опустели. Постарался лишить благополучия и других, преуспев по части превращения тридцати гектаров окультуренных земель в пустыри.

«ИЗ СТОЙКОГО НЕСГИБАЕМОГО ПЛЕМЕНИ»

Увидел возводящийся дом, дал команду: «Снести!» Сам сел за трактор, трос натянулся, в считанные секунды стройка превратилась в груду развалин, а жителям вмиг вспомнился Макар Нагульнов.

Прорабом перестройки назвала Макарова внука «Советская Россия», посвятив ему полосу: «Необходимость перестройки давно осознавалась истинными коммунистами. И они первыми, как настоящие прорабы, взвалили на свои плечи тяжесть ее осуществления. К. из их стойкого, несгибаемого племени. Недаром, выйдя на передовую, он выбрал верное направление атаки – против нетрудовых доходов. Признаем, что это самый тревожный и запущенный участок нашего материального и нравственного бытия, особенно в южных прибрежных городах и весях».

Борцу с хапугами вмиг предоставили всесоюзную трибуну, с благословения дома на Старой площади он делился на слетах, партконференциях опытом, как надо не дать зарабатывать.

НА ЧТО ОСЕРЧАЛ ВНУК МАКАРА?

Вознамерился К. въехать на белом коне в Верховный Совет России, в кресло зама председателя райсовета – дали ему избиратели от ворот поворот, не простили нагульновских замашек.

Осерчавший на партию внук Макара Нагульнова положил на стол партбилет. Шолохов до этого не дожил...

Ненависть новоявленных нагульновых обращена на предпринимателей и бизнесменов. Вернись к власти эти макарушки – крови не миновать, будет не передел, а беспредел. Они затаились в ожидании своего часа.

Макар Нагульнов, как и Ванюшка Найденов, редкостный враль-пропагандист, были из породы «подснежников», довольствие получали незаконно. Вот где корни заразной болезни, которая поразила даже такой могучий организм, как армия: на пайковом довольствии состояли и те, кто к армии не имел никакого отношения.

МАЙОР В ВОРОТАХ

«Мы, – с горечью признал один из героев обороны Белого дома генерал-лейтенант В. И. Самойлов, – единственная армия в мире, которая даже не знает точно, сколько же у нее видов войск: есть и футбольные, и хоккейные, и гимнастические, и борцовские, и военно-охотничьи, и туристические. В уставах четко названы воинские подразделения – отделение, взвод, рота, батальон, но нигде не зафиксировано право на появление такого, к примеру, подразделения, как «футбольная команда», «хоккейная команда», начальники которых имеют звание полковника. Я очень уважаю Владислава Третьяка, но мне как-то не по себе, что до майора он дорос в хоккейных воротах. Я преклоняюсь перед талантом футболистов ЦСКА, сделавших золотой дубль, но и им, думаю, должно быть неловко, что число звезд на погонах находится в прямой зависимости от того, как они укрощают мяч. Принято считать, что они защищают честь армии, но, помилуйте, с каких это пор честь армии зависит от числа забитых или пропущенных мячей?»

Беседа с генералом Самойловым, опубликованная в «Правде», в ноябре 1991 г., названа весьма примечательно: «Пусть армия будет армией».

ГЕНЕРАЛ ЗА ГРАЖДАНСКИЙ КОНТРОЛЬ

Генерал стоит за гражданский контроль над армией и над военным бюджетом. Наконец-то мы пришли к осознанию того, что «народ, как налогоплательщик, нанимает армию на службу и вправе контролировать, как расходуются его деньги»! Три четверти века у нас даже постановка такого вопроса воспринималась, как покушение на основы Системы! Оказалось, около армии грелось столько прихлебателей, что уму непостижимо. Развелось множество «подснежников» даже с полковничьими погонами. Армия, существовавшая де-факто, считает генерал-лейтенант В. Самойлов, не была оформлена де-юре. Естественно, что получившие право голоса налогоплательщики возмутились. Они тоже за то, чтобы армия была Армией! И функционировала в точном соответствии с законом.

ШУТИТЬ ИЗВОЛИТЕ?

С голосом налогоплательщика власти вынуждены считаться. Года полтора-два назад штатным расписанием МЕНАТЕПа заинтересовались в... штабе гражданской обороны. Естественный вопрос: собственно, чем вызван интерес? Мы к вам относимся уважительно, но мы вам никоим образом не подчинены и отчитываться в своих действиях не намерены.

Оказывается, мы провинились: у нас нет зама по гражданской обороне, нет для него кабинета, для гражданской обороны, нам нужно приобрести и то, и пятое, и сотое, оборудовать и то, и десятое, и двухсотое, составить и согласовать с ними план первоочередных и просто очередных мероприятий, отправить своего представителя на курсы гражданской обороны для повышения квалификации – пытались навязать нам программу-максимум и программу-минимум. Основание? Так положено. Предусмотрено директивными органами – выполняйте! А не то...

ОТКАЗНОЙ ПАДЕЖ

Несмотря на плохо скрытые угрозы, МЕНАТЕП твердо стоял на своем: «никаких "не то"»!

Гражданская оборона в ведении министерства обороны, которое содержится на наши деньги, поскольку мы исправные налогоплательщики. Увеличение размера подоходного налога противозаконно. Нужен зам по гражданской обороне – мы не против, только содержать его будет ваше ведомство. Выделим ему рабочее место – но извольте платить за аренду помещения. На приобретения и оборудование не ассигнуем ни копейки, оплату этих мероприятий мы уже профинансировали. Зарплата отбывшему на курсы повышения квалификации – за ваш счет. Ах, вам не нравится, мы нарушаем закон? Какой закон? Покажите нам закон, регулирующий отношения предприятий и штаба гражданской обороны. Нет такого закона? Подзаконные акты и инструкции, утвержденные министерством обороны, на нас не распространяются и не имеют никакой юридической силы, извините, разговор окончен, нам надо деньги делать. И вообще, кто главнее: наниматель или нанятый? Мы, налогоплательщики, вас наняли, так что – будьте с нами почтительнее. И прежде чем беспокоить нас, обратитесь к Закону и только к Закону.

Такие, или примерно такие, разговоры у нас состоялись с представителями самых разных ведомств, привыкших к «приказному падежу» и даже не предполагавших, что есть падеж и «отказной». Они привыкли, что власть – это, прежде всего, диктат. У нас мнение иное: власть – это инструмент права и только права. Права и долговечна только та власть, что зиждется на фундаменте права. Она – выгодна, созидательна.

СВИДЕТЕЛЬСТВУЕТ ПРЕССА:

«МЕНАТЕП решил управлять своими банками централизованно

В МФО МЕНАТЕП создан центр по управлению банками, задачей которого станет координация кредитной политики коммерческих банков, входящих в систему МЕНАТЕП, и объединение их в единую финансовую структуру для осуществления конкретных капиталоемких программ. Генеральным директором новой структуры назначен Сергей Родионов, бывший руководитель департамента по регулированию деятельности банков ЦБ России. По имеющимся сведениям, 3 января бывшие работники департамента практически в полном составе перешли на работу в новую структуру МЕНАТЕПа.

Как сообщил корреспонденту «Ъ» Сергей Родионов, в настоящий момент банки, созданные с участием МФО МЕНАТЕП, проводят кредитную политику обособленно. Исключение составляют лишь четыре московских банка, входящих в объединение. Это обстоятельство, по мнению Родионова, крайне ограничивает межбанковские расчеты. Центр по управлению банками МЕНАТЕПа призван скоординировать деятельность входящих в него 25 банков и проводить межбанковские расчеты по принципу клиринговой палаты.

Родионов сообщил, что на базе центра планируется создать быструю систему электронных взаиморасчетов, передачи и контроля банковской информации. (Аналогичная система разработана сотрудниками департамента и в настоящее время практически внедрена в ЦБ РСФСР.) Предполагается, что центр будет иметь свою бухгалтерию и единый фонд для аккумулирования кредитных ресурсов из взносов банков. Кроме того, при центре будет сформирован информационный банк данных, куда будет стекаться информация о платежеспособности клиентов объединения. Все это, по словам Родионова, позволит центру стать постоянно действующим банковским консорциумом, в рамках которого будут, осуществляться капиталоемкие программы МФО МЕНАТЕП.

Штат центра практически полностью сформирован из бывших сотрудников ЦБ России, работавших ранее в департаменте по регулированию деятельности коммерческих банков. Из 34 работников департамента на работу в МФО МЕНАТЕП перешло 26».

Коммерсант», № 1.1992 г.)

  • * *

«Акционерный коммерческий инновационный банк научно-технического прогресса Международного финансового объединения МЕНАТЕП

СООБЩАЕТ

об открытии нового операционного зала.

ВИДЫ УСЛУГ:

1 приобретение и реализация ценных бумаг организаций МФО МЕНАТЕП;

2 открытие и ведение валютных счетов для физических и юридических лиц;

3 обменные операции с иностранной валютой;

4 расчетно-кассовое обслуживание предприятий и организаций;

5 прием депозитных вкладов от частных лиц;

6 консультации по вопросам банковского обслуживания;

7 продажа литературы по банковскому делу.

Контактный телефон: (095) 971-02-73 (пр-т Мира, 68).

Режим работы: с 9.00 до 18.00».

Известия», 2 апреля, 1992 г.)