Arctic Sea – леденец почти растаял

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Кто и сколько раз захватывал «блуждающий лесовоз»?

1265201876-0.jpg Никуда не денешься, завершительную статью про Arctic Sea надо было написать. Этого просили некоторые мои читатели, мол, Михаил, сказав А, говори уж и Б. Это необходимо еще и исходя из того, во что превратилась вся история в статьях СМИ, заявлениях СКП и МИДа, полемиках в блогосфере. А превратилась она в этакий почти растаявший леденец во рту. Он поначалу шероховатый и угловастый, дерет нёбо и язык, но чем дольше держишь его во рту, тем более гладким и приятным он становится, пока наконец, и вовсе не исчезнет. Сейчас он еще не исчез, но стал гладеньким, маленьким, с привкусом чего-то экзотического, для остроты ощущений. Нам авторитетно сказано, что «на судне в ходе проверки его следователями СКП никаких других грузов, кроме леса, не обнаружено». Но при этом полных тишины и забвения нет, время от времени очередное СМИ разражается очередной статьей на основе очередного интервью участников событий. Я при этом не упоминаюсь, как плохой покойник, что в принципе меня устраивает. Однако-ж при этом некоторые, пусть и почти незаметные но все-таки СМИ, не устают меня время от времени лягать. В блогосфере отношение ко мне, за редкими исключениями, резко отрицательное. Блогосфера ищет и находит все новые факты, подтверждающие угодную начальству версию, и основываясь на этих фактах, громко надо мной смеется. Уровень маразма наконец, превысил какой-то терпимый уровень, и настал мой черед посмеяться, что я в этой статьей и сделаю.

Я не собираюсь восстанавливать тут поминутную или даже по дням хронологию и подробно вдаваться в детали, незачем. Кому интересно, тот может сам для себя такую хронологию составить. Я основываюсь на каких-то ключевых местах и на фактах. А еще я основываюсь на своей привычке верить тому что вижу и тому как я это понимаю, а не тому, что мне говорят и пытаются внушить. Проще говоря, если я вижу существо, рычащее как ройтвейлер, разозленное, черное, зубастое, готовое на меня напасть и ничем прочим от привычного мне облика ротвейлера не отличающееся, то я это существо считаю ротвейлером, готовящимся на меня напасть, и пусть все вокруг начнут меня уверять, что это кошечка, которая мурлыкает и просит ее погладить, я всех пошлю подальше и останусь при своем мнении. Меня до сих пор время от времени спрашивают – Михаил, ты что же, до сих пор считаешь, что на борту Arctic Sea что-то было, какой-то таинственный груз? Чего мне считать, смеюсь в ответ. Я не считаю, я знаю. У меня есть помимо совершенно несгибаемой, неопровержимой логики событий, основанной на фактах, и пара подтверждений со стороны, от пары людей, но я эти подтверждения тут приводить не буду. Потому что в этом на мой взгляд, нет никакой необходимости. Чем надо думать,чтобы считать историю с Arctic Sea пиратским нападением, видя перед собой всю историю, все известные факты, я не знаю. Не головой, а телевизором?

Ну-с, начнем. Итак, все это дело началось еще 29-30 июля сообщениями в СМИ о таинственном нападении на Arctic Sea 24 июля ночью вблизи острова Оланд в Балтийском море. Тут же появились слухи о пиратах, но я посчитал, что скорее всего, судно задержала и обыскала полиция какой-нибудь европейской страны по наводке, полагая, что найдет там наркотики или иную контрабанду. Не нашли и скрылись, не стали афишировать в общем-то противозаконное деяние. Такие вещи время от времени случаются. К 8-му августа я забыл и про Arctic Sea, и про нападение, когда вдруг мне позвонили из службы безопасности мореплавания гражданского флота и не спросили, нет ли у меня данных по Arctic Sea и в частности, телефона его владельца. Данных у меня не было, но я спросил в чем дело. Пропал – было мне отвечено, и добавлено, что информацию по Arctic Sea ищут ФСБ и ВМФ, что само по себе было очень странно, когда и с каких пор их интересует пропажа иностранного судна, обычной морской серенькой, ничем не примечательной лошадки? Я бы не стал давать новость про Arctic Sea, несмотря на этот звонок, потому что сам не понимал в чем дело, так зачем шум поднимать. Но буквально через час после этого звонка получаю письмо от родственников экипажа, где прямо просится о помощи. Связи с судном нет с 27 июля, причем с 24-го июля она была односторонней. Судовладелец молчит и дело явно нечистое, родственники не знают, что думать. В общем, я перезвонил в службу безопасности и дал им финский номер телефона судовладельца, который мне сообщили родственники, после чего дал на Бюллетень и саму новость. С того времени и до посадки самолета в Бангкоке вся история превратилась для меня в какой-то один почти неразрывный миг сплошной нервотрепки. Я все-таки вставлю личное – уже почти два года, как меня беспрерывно терзают зубы, там такое, что лучше и не писать. Они болят постоянно с короткими перерывами, требуется серьезное лечение, включая хирургическую операцию, это стоит таких денег, которых у меня не было и нет. Вот и представьте – с одной стороны всякие истории, участником которых я постоянно становлюсь, с другой постоянные зубные боли, от которых раскалывается голова.

К 10-му августа мне стало совершенно ясно и исходя из развития событий, и исходя из того, что сообщали родственники, что судовладелец знал в чем дело, но молчал, потому что кто-то его в этой истории поддерживал и что-то обещал. К 11-му августа судовладелец оказался этими своими покровителями или партнерами брошен, он перестал твердить родственникам, что ситуация под контролем, и открыто, официально обратился за помощью в поисках судна к властям России и Финляндии, потому что компания работает в Финляндии, но экипаж на судне под мальтийским флагом полностью российский. К этому же времени выяснилось, что Arctic Sea прошел Ла-Манш 29 июля и при этом был разговор с офицером контроля движения судов, сигнал AIS (автоматической системы идентификации судов) исчез где-то 2 августа, и что судно исчезло не просто так, на то были какие-то очень серьезные причины. Всякие версии о преступном умысле я отмел сразу и категорически, как совершенно невозможные. О нелепости любой версии, пытающейся обьяснить захват криминалом, я подробнее раскажу ниже. Лично для меня уже тогда стало ясно, что на судне был некий груз, из-за которого он и попал в эту передрягу, причем очевидно не контрабанда. Провести столь сложную операцию, как мне казалось тогда и кажется сейчас, под силу только специально и очень хорошо подготовленным людям, спецназу или коммандос, это как вам угодно, и при этом далеко не всякому спецназу, а лишь нескольких стран.

Где-то 11 или 12 августа дело дошло аж до президента страны, он вызвал главкома ВМФ и приказал ему найти потерявшееся судно. Через день или два после этого в Атлантику на всех парах влетела черноморская эскадра, совершенно случайно и очень кстати шедшая на совместные учения с Балтфлотом на Балтику. Эскадра помчалась себе дальше, а для поисков Arctic Sea оставили сторожевой корабль Ладный. Все это время в Извещениях мореплавателям, распространяемых по всему миру, про исчезновение Arctic Sea не было сказано ни слова, хотя там фиксируются все экстренные случаи вплоть до травмы моряка на каком-нибудь судне где угодно в Мировом океане. К 14-15 августа появилось ощущение, что про местонахождение Arctic Sea уже известно, вопрос лишь в том, зачем и кто тянет резину, а вся эта масштабная поисковая операция потихоньку стала превращаться в шоу для публики. К этому времени относится и первое появление на сцене представителя России в НАТО Рогозина, сообщившего всем СМИ, что ситуация под контролем, что все известно но сказать ничего нельзя, ибо для безопасности требуется секретность. Ну ладно, пусть себе секретно ради безопасно, лишь бы самое главное, лишь бы под контролем.

15 августа появился знаменитый сигнал AIS с судна, из Бискайского залива. Тот самый сигнал, который до сих пор не дает покоя, и который оказался настолько важным (о чем я впрочем, заявлял с самого начала), что в посвященной мне речи Рогозина в начале сентября одна половина отводилась обвинениям меня в безумии на почве белой горячки, а вторая подтверждению этого очевидного факта как раз моими сообщениями и интерпретацией этого сигнала. Не утихает и блогосфера, там тоже по этому сигналу не проехался только ленивый, там тоже смеются веселым здоровым смехом. Давайте посмотрим, у кого причин смеяться больше, у некоторой части общественности или у меня. Сигнал длился где-то час-полтора и потом снова исчез. Франция сначала с гневом и прямо-таки негодованием сам факт сигнала отрицала, но через несколько часов одумалась и признала – сигнал был, а судна не было. Ну и правильно, и я сразу усомнился в том, что судно могло быть в Бискайском заливе. Откуда сигнал и кто его подал, вот что меня интересовало. Франция взяла и ляпнула в ответ – да мол, скорее всего, сигнал шел с борта российского военного корабля, находившегося в составе той самой черноморской эскадры.

Этот самый сигнал, это электронный сигнал, зафиксированный приемными станциями и выложенный на сайты отслеживания судов в Интернете. Отрицать сам его факт, это значит отрицать законы природы. Но важнее понять смысл сигнала. А он в том, что действительно, идти с Arctic Sea сигнал никак не мог, Arctic Sea к тому времени в Бискайском заливе не было и не могло быть. Следовательно, если он шел с борта российского военного корабля, то значит, российские военные уже имели физические контакты с Arctic Sea, или зачем-то этот сигнал подделали. Но если российские военные имели контакт с Arctic Sea до 15 августа, то чего спрашивается, стоит вся эта версия с «освобождением» судна от пиратов 17 августа, и как обязательно упоминают СМИ – «без единого выстрела»? Вот почему умные люди про сигнал молчали и молчат. Этот очень опасный, очень скользкий факт надо замолчать, затереть, сделать вид, что ничего не было и не о чем говорить, но конечно, ни в коем случае не утверждая, что сигнала не было, потому что это глупо и подозрительно. Неумные же кричат, что его именно не было, что вся суть тут в том, что Войтенко ради дешевой сенсации и минутной славы готов придумать любую чушь. Неумные думают, что они тем самым помогают обожаемым властям и при этом отводят душу, пиная ненавистного им Войтенко, а таких развелось очень много, я и сам не ожидал столько страсти в общественности. Неумные не понимают, что они оказывают начальству медвежью услугу, отрицая то, что отрицать никак невозможно. У меня сложилось впечатление, что если родина в лице начальства прикажет, блогосфера заявит, что этот январь был самым жарким в истории России, и в доказательство начнет показывать друг другу, с надеждой что усердие заметят и оценят, следы январского загара. Всех тех, кто осмелится заявить, что январь был одним из самых холодных, общественность дружно освищет, осудит, обвинит в белогорячечности и корыстной клевете на родину.

Первая часть эпопеи Arctic Sea идет к концу – 16 августа судно наконец, обнаружил далеко на юге, вблизи островов Капо-Верде, СКР Ладный, а 17 августа торжественно освободил. Если кто-то забыл, то напоминаю – несколько часов, чуть ли не сутки после этого освобождения, про пиратов ничего не говорилось. Их вроде бы и не было. Они появились чуть позже.

Ну, подумал тогда я, слава тебе господи, история закончилась. Откуда мне было знать, что закончился первый этап и впереди второй, куда более продолжительный.

Я думал, что судно приведут в один из портов Капо-Верде, там сменять экипаж и оно проследует себе дальше. Но видимо, правы были те журналисты, которые написали мне из Брюсселя. Что та страна, которой было необходимо пресечь поставки таинственного груза на Ближний Восток, а были они не разовыми, провела операцию по захвату судна не с целью выгрузки этого груза или выбрасывания его за борт, а с целью сбора неопровержимых улик. После чего тем, кто груз отправлял, не осталось ничего другого, кроме как выгрузить этот груз, а в иностранном порту согласитесь, это очень трудно сделать, тем более в ситуации, когда все дело получило международную огласку и пользовалось повышенным интересом. Вот почему в Капо-Верде срочно прилетели два или три большегрузных транспортных самолета, а также самый большой транспортный самолет в мире типа Руслан, украинский. Может быть, этот Руслан прилетал за чем-то другим, не знаю. Но почему-то именно в те дни. Тут конечно, мы вступаем в область догадок и версий, ведь даже если столь внушительный транспортный флот прилетел в Капо-Верде для того, чтобы забрать таинственный груз, то как его доставили на аэродром с моря? Самолеты побыли некоторое время в аэропорту и улетели назад, увозя с собой новоявленных пиратов и 11 из 15 моряков, членов экипажа.

Судно осталось дрейфовать в море непонятно зачем и непонятно в каком статусе. Судно иностранное, под иностранным флагом, иностранного судовладельца и с иностранным грузом. А находится под контролем российских военных. Как оправдать? Тут-то и пригодились и пираты, и российский экипаж. Выяснилось, что если граждане России подверглись пиратскому нападению, то место преступления можно взять под свою юрисдикцию, что и было сделано. Взяли. Опять покопались в законах и выяснили, что необходимо провести следственные действия. Надо – значит надо, и уже 5 сентября в Лас-Пальмас на Канарах прилетела группа следователей СКП, чтобы собрать все улики и беспощадно припереть злодеев к стенке. Уже 5-го! Всего лишь через две с небольшим недели после того, как судно освободили. Что оно делало или что с ним делали в течении этих двух недель, неизвестно. За это время оно от Капо-Верде переместилось к Канарам, вот все, что мы знаем.

Тем временем, 11 моряков, привезенных в Москву вместе с пиратами, куда-то увезли и где-то держали, проводя с ними, говоря любимым языком наших властей, оперативно-следственные мероприятия. Родственники сходили с ума, негодовали СМИ, а СКП флегматично отвечал, что все в порядке, что моряков обеспечили одеждой, питанием, и возможностью позвонить близким. За что надо полагать, и моряки, и родственники, должны были СКП слезно благодарить – ну надо же, их еще и кормили. Кое-как людей отпустили к 29 августа, после чего в СМИ появились первые версии пиратского захвата, сдобренные всякими крепкими, пряными подробностями. Сразу после освобождения без единого выстрела и все время пребывания в Москве моряки про пиратов молчали, вообще про все молчали. Вспоминали наверное. После того, как их наконец отпустили, тут же вспомнили. Ну, а СКП вовсю искал улики на на огромном пространстве гигантского судна под названием Arctic Sea, на что ушло так до сих пор и непонятно, сколько времени. Не то неделя, не то 10 дней, не то еще больше. На это время и в дальнейшем всякая связь с судном и находившимися на его борту 4-мя оставшимися членами экипажа прервалась. Запретили звонить домой и экипажу СКР Ладный. Тяжелое это и очень секретное дело, собирать улики!

Первые версии о пиратском захвате были совсем еще сырыми и легкомысленными. Говорилось в частности, что судно захватывалось дважды, сначала какая-то группа непонятно зачем, а уж потом пираты. В доказательство захвата демонстрировались пулевые отметины на надостройке судна, то есть захватывая судно, по нему стреляли. Позже одумались, спохватились, и начали отсекать лишнее. Исчез первый захват, исчезли и рассказы про изрешеченную пулями надстройку. Сообразили видимо, что молниеносный захват, оставшийся неизвестным, никак не мог остаться неизвестным, если бы при захвате судно начали обстреливать. Arctic Sea захватили так, что никто никакой тревоги поднять не успел, кроме смс-ки, посланной капитаном, о которой особый разговор. Если бы по судну начали стрелять, то наверное, сигналы бедствия полетели бы с него пачками, не забудем, что судно находилось в зоне работы мобильных телефонов, не забудем про прочие средства связи, тем более тревожной. Захватить его так, чтобы никто не пискнул, можно было только либо подкравшись, либо притворившись полицией, стрельба при захвате полностью исключалась, это был бы провал операции. Это наконец, сообразили и сочинители версий а потому обстрел при захвате исчез и больше уже не появлялся.

После того, как улики собрали и с трудом из-за их неподьемного количества доставили в Москву, занялись судном. То есть следует понимать, что к тому времени «российская сторона» наконец вспомнила про Arctic Sea, про оставшийся экипаж и про судовладельца, и начала гадать, что же с ними делать и как поскорее от них избавиться. Строптивые страны вроде Испании отказались пускать судно в свои порты, из-за полнейшей неопределенности его статуса и отказа судовладельца принимать его без гарантий возмещения убытков. Тащить Arctic Sea в Новороссийск отказались, скорее всего по политическим мотивам, чтобы сохранить хорошую мину при никудышней игре. С судна давно уже убрали даже пыль, оставшуюся после загадочного груза. Ну и решили показать товар лицом – вот мол смотрите, какие секретные грузы, о чем вы? А то, что судно месяц болталось в море, так это следственные мероприятия, у нас все по закону, не то что у некоторых. Лишь через некоторое время, после безуспешных попыток куда-нибудь судно всунуть, до «российской стороны» дошло, что никуда всунуть не удастся до той поры, пока судовладелец не согласится его принять. И видимо, им занялись всерьез, настолько всерьез, что он не только согласился, но и в дальнейшем, и по сию пору, не устает расточать похвалы в адрес этой самой стороны, чуть было не сделавшей его банкротом. Судно пустили в Лас-Пальмас на Мальту, и именно тогда его эпопея и закончилась.

Уверен, вот на сто процентов уверен, что «российская сторона» настолько озверела от Arctic Sea и всего что с ним связано в то время, когда страны одна за одной отказывались пустить Arctic Sea в порт, что рассматривался вариант его случайной гибели во время случайно разразившегося шторма. Но все-таки не решились, уж больно все шито белыми нитками. Судно освободили, назвав это передачей законному владельцу, 29 октября. Захватили 24 июля. Итого оно пробыло в плену, у таинственных ли захватчиков, и в плену российской юрисдикции, 3 с небольшим месяца. У меня к вам господа, вопрос. Вот в вашу квартиру ворвались грабители и похитители. К вам на помощь пришла милиция, спецназ, кто там еще полагается, и вас без единого выстрела освободили. После чего вашу квартиру опечатывают на три месяца для проведения оперативно-следственных мероприятий, а с вас берут подписку о неразглашении того, что там у вас на квартире происходило. Вы мыкаетесь по углам, проклиная и освободителей, и мероприятия, направленные на поиски истины, и только через 3 месяца, после скандалов в прессе, после протестов и криков, вам наконец, позволяют вернуться в вашу собственную родную квартиру. Это правдоподобно или как?

Время поговорить о пиратах. О дерзком пиратском захвате в одном из самых спокойных и безопасных райнов мира, в Балтийском море. О том, что же это за пираты. Пиратская версия чем дальше, тем больше проникает в умы и встречает все меньше протестов. Ну что мол такого, ну вот видите, нигде прохода нет от этого криминала. Дальше я буду немного, вкратце, разбирать три версии, опубликованные на страницах трех различных СМИ, написанные журналистами по материалам интервью с непосредственными участниками, а сейчас хотел бы взять из этих версий одно для всех них общее – высказывания очевидцев о пиратах. Они совершенно аналогичны. Это было безумием, в этом не было никакого смысла, на что они расчитывали непонятно, зачем они это сделали еще более непонятно. Совершенно верно. И я о том же. Давайте поверим официальной версии о захвате судна пиратами. Итак, 8 безумцев где-то как-то собрались, сговорились и решили захватить судно. Захватили так, что этот случай можно смело вносить в учебники для спецназа. Не только захватили, но и благополучно провели проливами и морями, и незамеченные ушли в Атлантику. Ради чего?

Нам предлагают два варианта злодейских умыслов. Мол, судно угнали понятно зачем, чтобы взять за него выкуп. Одно из главных доказательств – некие звонки страховой компании, застраховавшей судно. А ведь эти звонки действительно доказательство, но только увы, обратного. Того, что версия придумана, придумана в спешке и и в спешке же реализованная. Когда и кто звонит страховщикам, захватив в кого-то или что-то ради выкупа? Кому звонят и с кем ведут переговоры сомалийские пираты? Судовладельцу. Кому звонят похитители людей? Родственникам или адвокату, или партнеру по бизнесу. Аксиома похитителей с целью выкупа – говорить с одной и только одной ответственной стороной. Наши же пираты пошли нашим особым путем. Они звонили и судовладельцу, и страховой компании. Может быть, они хотели устроить аукцион?

Но ладно, забудем про странные звонки в разные инстанции с нижайшей просьбой выплатить 1.5 миллиона долларов, или евро, тут кстати, творцы версий тоже частенько путаются. Обратимся к технике этого дела. Как они расчитывали получить выкуп, каким образом? Наличностью или переводом на банковские счета, который мгновенно бы отследили? Как они расчитывали после этого скрыться, подобравшись уже к берегам Африки? У них у всех не забудем, семьи и родственники, их всех обьявили бы, сумей они уйти с судна, в международный розыск. И за все хлопоты 1.5 миллиона на восьмерых, по 187500 уе или евро на брата, а судовладелец в своих позднейших интервью и вообще говорит, что бандиты требовали в телефонных переговорах всего по 60000 на брата, потому что у них были еще и люди на берегу, то есть 1.5 миллиона растекались в среднем по 60 тысяч на нос. Устраивать такое, с таким качеством и на таком уровне, ради 60000 долларов или даже евро? Обречь себя на вечно нелегальное положение с 60000 в кармане? Может, проще было ограбить банк, а? С таким-то профессионализмом отборного спецназа? И вопрос вопросов – если они сумели блестяще провести столь сложную операцию, почему они ее не завершили? Не торговались за выкуп, оградившись живым щитом из экипажа, не оговаривали условия получения выкупа и своего ухода с судна? Что в любом случае было бессмысленным, так как и деньги бы им кинули меченые, и уходить им было некуда, куда бы они ушли с побережья северо-западной Африки, интересно?

Но есть однако же, еще предположенье, как пел Высоцкий. Что они собирались угнать судно в Юго-Восточную Азию, и там продать, убив экипаж. Оригинально, свежо и непроходимо бессмысленно, абсолютно неправдоподобно. Когда Arctic Sea «освободили без единого выстрела», на нем уже практически закончилось топливо. Как они собирались добраться до ЮВА, до которой надо было плыть пол-мира? Где заправляться топливом? Как они намеревались проскочить мимо бдительных военных и полицейских всех прибрежных стран, в том числе стран Малаккского пролива? Сама операция по перегону судна обошлась бы в сотни тысяч долларов затрат. При том, что в этой самой ЮВА на приколе без работы стоят сотни судов, с минимумом экипажа или вообще без него, среди них масса куда более молодых, чем Arctic Sea. Чем преступникам в ЮВА так не приглянулись эти суда на приколе, почему они решили захватить Arctic Sea в весьма почтенном возрасте с красной ему ценой несколько сот тысяч долларов в условиях, когда мировой флот сотрясали мировой кризис и отсутствие работы, почему именно в Балтийском море, черт его знает. Зато звучит очень красиво и романтически даже – захват судна с целью продажи его в ЮВА и в дальнейшем, использования по подложным документам. Это то же самое, как если бы угонщик автомобилей угнал в Москве Жигули возрастом под 20 лет и погнал свои ходом на Дальний Восток с целью преступной продажи по поддельным документам. Один к одному. Столько же выгоды и столько же смысла. Как в ЮВА на угнанный Arctic Sea нашлась бы куча желающих, так и на ДВ местное население, побросав осточертевшие Тойоты и Ниссаны, бросилось бы в очередь покупать Жигули возрастом всего 18 лет. Шанс – раз в жизни.

Что имеем в результате? Очень странных пиратов. Очень профессионально захватить судно и провести его самыми оживленными водными путями мира, просматриваемыми и прослеживаемыми вдоль и поперек, они могут. Но зачем и что делать дальше, они не знают. И безропотно, без полюбившихся мне «без единого выстрела», сдаются. Зачем собственно, они это судно захватили, на что расчитывали, тоже не знают и ничего связного сказать не могут. Даже те кто за них говорит, и те не могут. Могут только блогосферщики, аналитики и так, сброд всякий, часто по личным мотивам. Вот для этих все понятно. Угнали с целью выкупа, но скорее всего, с целью продажи в ЮВА, это-ж проще простого. Да, проще простого быть дураком, согласен.

Прежде, чем переходить к концовке, к разбору трех наиболее ярких по-моему, версий захвата и связанных с них событий, упомяну о двух любопытных моментах, на которые почему-то никто не обращает внимания.

Первое – по поводу заявлений и выступлений судовладельца, СКП, МИДа и Рогозина о том, что на самом деле, о захвате кому надо знали. О том где находится судно в любой данный момент, тоже знали. О том, что всю историю вообще обозвали ни много, ни мало – блестяще проведенной операцией, в ходе которой журналистов намеренно дезинформировали, чтобы сохранить секретность и спасти жизни. Во как, аж мурашки.

Про меня повторяю, как про покойника, почти не говорят. Но общее направление – против меня. Мол, некий Войтенко в неблаговидных целях прославления себя и создания дешевой сенсации писал всякую чушь. Тогда как нам, кто своим горбом спасал судно с экипажем, все было известно. Но мы помалкивали, а то не дай бог, пираты бы пронюхали и нанесли ответный удар. Так как все это дело, весь шум, начался с меня, так как главным источником информации и комментариев также был я, логично предположить, что судовладелец, СКП, МИД и Рогозин целенаправленно и в поте лица дезинформировали именно меня. Позвольте, а как же тогда вызов президентом РФ главкома ВМФ РФ и распоряжение найти судно? Именно найти? Получается, дурачили и их? Тогда почему смеются только надо мной? Нас ведь было трое. Я что в этой компании, самый рыжий?

Второй момент, не менее любопытный и забавный. Речь идет о непосредственном освобождении судна российскими военными, когда они обнаружили Arctic Sea, радостно к нему устремились, но приблизившись, засомневались. Судно называлось Jon Jin 2 и было под флагом КНДР. Вот ведь незадача, подумали наши военные. Но вроде похоже на Arctic Sea, как же быть, как узнать истину? На улице тем временем стемнело, и разобрать, Arctic Sea это или северокорейское судно, не было совсем уже никакой возможности. Хотя, как писали СМИ со слов некоего офицера СКР Ладного, внешняя схожесть с Arctic Sea и была, полной уверенности не было. Поэтому «сторожевик привязался тросами к подозрительному судну и стал ждать рассвета» — цитирую особо забористые места.

Однако это не значит, что экипаж Ладного массово повалился на койки, предварительно заведя будильники. Нет, работа шла полным ходом. В Москву отбили срочную шифровку, в МИД, с просьбой связаться с КНДР и выяснить, что такое этот Jon Jin 2 и где он в настоящее время находится. В МИДе тоже не спали, быстренько все выяснили и ответили Ладному – мол, корейское судно там-то, далеко от вашего места, и те кого вы держите, это не Jon Jin 2, а кто-то другой. Утром военные приперли Arctic Sea к стенке – вы не Jon Jin 2, вы Arctic Sea, и в доказательство предьявили шифровку МИДа. Пираты рвали от отчаяния волосы, военная хитрость не сработала. Давайте по порядку. Если СКР Ладный для выяснения деталей по какому-то судну требуется слать шифровку в МИД, то это значит, его боеготовность находится на почти нулевом уровне. Что такое современная война и современные военные? Это прежде всего информатика и связь. Что надо для того, чтобы в течении 3 максимум 5 минут опознать судно, находясь в любой точке Мирового океана? Не рацию надо с шифровальщиком и радистом, а человека на корабле, который понимал бы а) в гражданском флоте и базах данных по гражданскому мировому флоту; б) компьютер; в) спутниковую связь. За эти 3-5 минут он бы получил все данные по Jon Jin 2, в том числе фотографию. Северокорейский балкер в 5 с лишним раз больше Arctic Sea, у него другая архитектура, у него название на английском дублируется корейским написанием. Спутать Arctic Sea и Jon Jin 2, имея его данные и фото, так же сложно, как сложно спутать грузовую Газель с рычащей многоосной фурой. Даже ночью. Если на СКР Ладный нет такого человека, то он должен быть в Главштабе ВМФ. Если его нет и там, можно было позвонить оперативному дежурному Госморспасслужбы, можно было позвонить мне, и я бы за те же самые 5 минут все выяснил и уверенно бы военным ответил – нет, это не Jon Jin 2.

Но как видим, главные специалисты по флоту в России сидят в МИДе. За ночь они все узнали. С такой информатикой и такими информаторами можно было успешно воевать разве что в первой половине прошлого века. Хотя честно говоря, сомневаюсь, что вся эта захватывающая шифровально-шпионская история имела место. Мне кажется, ее изобрели именно те самые ребята, о которых писано выше. Тут есть одно светлое пятно, что ли. Это поведение военных. Никто из них нигде и никогда не говорил, что про местонахождение Arctic Sea все было известно, что ситуация была под любимым нашими властями контролем. Рубали по-военному – ничего не знаем, приказали найти, пошли, нашли и освободили. То есть мне кажется, хочу надеяться, что военные что-то сохранили, что не дает им вот настолько уже на брюхе, отрывая в неистовом вилянии куцые облезлые хвостики, слизывать с чьих-то ботинок чью-то очень грязную и очень вонючую блевотину.

Перехожу наконец, к заключительной части статьи. Постараюсь быть максимально кратким, мне и самому уже надело писать, хотя если взяться, то можно написать интересный, в духе Форсайта политический детективчик. В этой части я сравню три версии захвата судна и последующих событий, изложенных тремя разными СМИ на основе интервью разных людей. В первой версии журналист допрашивал рядовых моряков из тех 11-ти, которых увезли с судна сразу после его освобождения/захвата. Во второй тайнами Arctic Sea делится офицер СКР Ладного. И лишь в третьей появляется интервьюируемый с именем и должностью, это капитан. Первая самая ранняя, вторая вышла значительно позже, третья совсем недавняя, январская, издание дополненное и переработанное. Версии излагались повторяю разными СМИ в разное время, отчего еще интереснее наблюдать как за эволюцией версий, так и за несоответствиями между ними. Несоответствия таковы, что они сами по себе, без учета того что я писал выше, не оставляют от пиратской версии камня на камне. Хотя все три говорят именно о пиратском захвате.

Согласно первой версии, известной публикации в The Sunday Times, судно захватили в Балтийском море один раз, захватчики вели себя по отношению к экипажу очень жестко. Капитан ухитрился отправить по мобильному смс судовладельцу, и мол, кто его знает как бы все повернулось, если бы не эта смс-ка. Судно захватили очень лихо – шло оно себе шло, и вдруг «в 2 часа 10 минут ночи в его рубке появились восемь человек в масках, вооруженные автоматами АК-47 и пистолетами». Потом интервью берется у судовладельца, и он говорит нам, что

«Сообщение (смс) от Зарецкого (капитана) было очень странное. Откуда нам было знать, что судно захватили вооруженные люди? — говорит Матвеев, — если бы у нас возникли подозрения в захвате, мы бы немедленно оповестили об этом береговую охрану и начали спасательную операцию. А я вместо этого начал названивать на судно и в итоге дозвонился до Зарецкого».

Еще раз обращаю внимание – капитан сообщил о нападении смс-кой. После описания захвата и того, как стало известно о захвате, судовладелец переходит к живописным деталям, рассказывая про звонки и требования. Ему и его семье даже угрожали. Потом судовладелец ошарашивает нас заявлением о том, что о месте судна всегда знали – кому следовало, те и знали. Ну и чего он тогда обращался к России и Финляндии с просьбой найти судно, спрашивается? Секретничал? Более того, в этом интервью и в других судовладелец ни словом не вспоминает про свои отчаянные послания в адрес правительства России в то время, когда судно таскали по Атлантическому океану и затем Средиземному морю, нет, чем дальше по времени интервью от событий, тем больше похвал в адрес России и ее властей.

Появляется вторая версия, поведанная нам анонимным офицером СКР Ладный. Она полностью опровергает первую. А именно – сказано было, что

«… на сухогруз напали почти сразу, как он вышел из порта Калининграда, еще в Балтийских водах. Моряки рассказали нам, что к ним на борт поднялись неизвестные, сказали, что отныне судно меняет ход. В случае самовольных действий, оно взлетит на воздух, так как заминировано, а бомбы управляются дистанционно. Неизвестные сказали экипажу, что дальнейшие указания им будут давать по рации, и покинули судно. Этим же вечером поступил первый приказ – подобрать в условленном месте «группу экологов».

Нападений было два, одно с бомбами другое без. Причем первое произошло не тогда, когда судно следовало с грузом леса из Финляндии, порта погрузки, а из Калининграда после ремонта на Финляндию, под погрузку. Или рассказавшие первую версию не заметили первое нападение, а также бомбы, или кто-то в чем-то ошибся и не согласовал версии. Эта версия вообще крайне любопытна. Напали на судно, следовавшее в балласте из ремонта под погрузку в Финляндию. Пригрозили экипажу бомбами. Тут одно сомнительное место – почему же моряки не сбежали с борта судна в Финляндии и не сообщили о нападении и заложенных бомбах?

Версия номер три, поведанная нам со слов капитана, и вообще повергает, говоря модным нынче словом, в шок. Во-первых, нападение было одним. Во-вторых, отсутствовали бомбы. В-третьих и самое интересное:

— Была ли у Вас возможность связаться со своим руководством?

— Только один раз удалось позвонить директору. В каюте я случайно нашёл не обнаруженный пиратами мобильный телефон 2-го помощника капитана. Телефон висел на занавеске, и за складкой ткани его не было видно. Тихо, чтобы меня не услышали из-за двери, я позвонил и вкратце, насколько понимал, что происходит, рассказал, что нас захватили и судно обыскивают. Первое, что мне ответили с «земли»: «Вы там что, все перепились, что ли?» Да и как можно было поверить в захват? Мы находились в одной из самых спокойных водных зон, где таких инцидентов никогда и не было.

То есть все всегда говорили о сообщении, посланном смс-кой. И судовладелец тоже говорил об смс-ке. Теперь вдруг выяснилось, что был звонок. В котором обо всем было рассказано. И значит, о захвате судна знали еще тогда, когда оно было в Балтийском море. Тогда очевидно напрашиваются вопросы – почему 8 августа с подачи ФСБ и ВМФ начали отчаянные поиски информации о судне? Почему вплоть до 11 августа судовладелец упорно говорил, что ситуация под контролем, а затем вдруг запросил помощи в поисках судна у России и Финляндии? Почему судовладелец рассказывает нам, что неладное он заподозрил тогда, когда связь с судном окончательно прервалась, 2 августа? И при этом тут же говорит, что о месте судна знали постоянно?

Не слишком ли много несоответствий и неувязок? Причем не мелочи, не цвет глаз и волос, а по-крупному, так, что одна версия опровергает другую. Если не полениться, взять все опубликованные интервью и версии и посидеть над ними с карандашиком, то несоответствий и взаимоисключающих рассказов можно будет найти еще больше. Впрочем, интервью капитана интересно не только этим. Пираты вели себя корректно, говорит он. Что это было и зачем, капитан не знает. Милая подробность – когда судно освободили (м-да) российские военные, он купил у них мобильный телефон, чтобы позвонить домой:

— Каким образом Вы передавали сообщения родным?

— Пока на корабле были захватчики, никак не передавал. Уже потом, после освобождения судна, я купил у российских моряков мобильный телефон (деньги у нас не отобрали) и, как только появлялась возможность выйти в Интернет, когда были у тех или иных берегов, пересылал сообщения по электронной почте.

Господа, российский военный корабль освободил российских граждан, и чтобы этим наконец-то свободным людям срочно позвонить домой, им пришлось покупать у освободителей мобильный телефон. Вдумайтесь! Впрочем, за этой мелкой торговлишкой по-моему, стоит кое-что другое, но не буду, это уже версии, гадания.

Завершаю. Версия капитана на мой взгляд, самая умная, впитавшая в себя опыт всех прочих, откровенно неправдоподобных или заметно сомнительных. Она почти совершенна. Она построена по схеме рассказа одного из героев комедии «Бриллиантовая рука» — «шел, споткнулся, потерял сознание, очнулся – гипс». Все правильно, так и надо было с самого начала. Напали, повязали, заперли по каютам и дальше мы ничего не видели и не знаем, пока нас наконец, не освободили торговцы мобильными телефонами. Но – нехватило «российской стороны» сразу сообразить и предложить что-то правдоподобнее того, что они запустили изначально. Из всего вышеизложенного, без повторяю, побочных доказательств в виде сообщений от причастных людей, я делаю следующие выводы:

- на судне был некий груз, судно захватили не с целью завладеть грузом, а с целью собрать улики и прекратить дальнейшие поставки этого груза в какую-то страну;

- суть дела известна некоторым странам, но они решили не поднимать скандала, предоставив «российской стороне» возможность выпутаться из истории;

- что это за груз, или откуда взялись «пираты», мы не знаем и можем только гадать;

- действия «российской стороны» были судорожными и поспешными, единое руководство отсутствовало;

- «пиратская» или «криминальная» версии опровергаются ходом событий и их логикой, известными нам фактами, эти версии совершенно несостоятельны, а их изложение различными СМИ, отдельными лицами или организациями эту несостоятельность лишь подтверждают, многочисленными и очень серьезными противоречиями в ключевых моментах.

Но общественность в большей своей части, если судить по СМИ, блогосфере и форумам, готова принять любую нелепость, любую бессмыслицу, спущенную сверху. И пожалуй, это самый тревожный вывод, который можно сделать из этой истории.

Михаил Войтенко

Оригинал материала

«Морской Бюллетень — Совфрахт « от origindate::31.01.10