IKEA: Зимнее наступление на Москву

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Изделия, сделанные нежными руками пакистанских детей"

origindate::23.11.2001

IKEA: Зимнее наступление на Москву

Екатерина Светлова

Converted 12303.gif
Converted 12304.gif
"Есть идея обнажить истинную сущность"
(Иллюстрация и подпись с сайта Ikea.Ru)

В последнее время в российской и зарубежной прессе появилась не одна публикация о том, что целый ряд крупных европейских компаний предложили выплатить значительную часть российского долга в обмен на разрешение инвестиций в отраслевые отечественные предприятия. Среди наиболее вероятных участников подобного проекта назывался транснациональный концерн IKEA. В ответ на это немедленно появились многочисленные интервью с топ-менеджерами фирмы, которые наперебой то отвергали, то подтверждали информацию о своем участии в “долговом” проекте. Неизвестно кто был заказчиком информационного бума вокруг IKEA однако он вполне своевременен: именно сейчас фирма предпринимает серьезные и весьма неприятные для отечественных производителей усилия по завоеванию российского рынка мебели.

Нынешнее наступление IKEA на Россию - уже третье по счету. Двум первым, по утверждению представителей концерна, помешали соответственно путч 91-го года и октябрьский мятеж 93-го. Сегодня, судя по агрессивному маркетингу – IKEA строит в России уже третий мега-центр по продаже мебели и берет под контроль крупные лесопромышленных хозяйства – концерну в России не только не мешают, но и активно помогают, причем на самом высоком государственном уровне. Чтобы понять, кто покровительствует транснациональной корпорации, нужно попытаться разобраться в самом феномене IKEA.

Рождение гиганта

Первый магазин IKEA открыт 50 лет назад в Швеции, в деревне с населением 8 тыс. человек. В то время он удерживал самые низкие цены на рынке. Впервые иностранный магазин был открыт в Швейцарии. В настоящее время открыто 157 магазинов в основном в Европе, и каждый год армия пополняется десятком новых. Оборот компании за этот год уже составил около $8 млрд. Штат - 55 тыс. человек.

В 2000 году первый мебельный магазин открылся и в России, на севере Москвы. Президент IKEA Ингвар Кампрад решил финансировать строительство третьего торгового комплекса в России стоимостью $250 миллионов, несмотря на колоссальные убытки, которые фирма ежегодно несет на российском рынке.

Заинтересованность в России IKEA вполне понятна. Страна третьего мира, а к ним владельцы корпорации и причисляют Россию (как мы увидим позднее, не без веских на то оснований) интересует ИКЕА по следующим позициям:

- дешевая рабочая сила;
- дешевое сырье;
- “дешевые” экологические нормы;
- дешевые чиновники
- возможность эффективного давления на страну через международные лоббистские институты вроде ООН, Юнеско, ВТО и разного рода “клубов”;
- возможность поставки “пересортицы” и брака в магазины (все равно аборигены будут брать).

“Белые и пушистые”

За время существования концерна его репутация неоднократно оказывалась под угрозой, о чем, разумеется, не догадываются российские потребители. Наиболее серьезным и старым противником IKEA являются экологические организации.

В середине 80-х разразился большой скандал, связанный с использованием в продукции фирмы ядовитого вещества – формальдегида. В первый раз компании удалось выйти из ситуации довольно нестандартным способом: IKEA выделила около 3 млн. долларов на исследовательские программы GREENPEACE. После этого подобные скандалы проходили вплоть до конца 90-х, однако серьезного урона имиджу фирмы они не нанесли, благодаря уже описанному ноу-хау по общению с экологами.

Еще одним серьезным скандалом вокруг концерна было использование детского труда на предприятиях IKEA в странах третьего мира. Шведские активисты сняли документальный фильм, показывающий детей в Пакистане, занимающихся ткацким производством и буквально прикованных к станкам, и назвали IKEA заказчиком данной продукции. Но и тогда компании каким-то образом удалось спустить дело на тормозах: по совету стокгольмских активистов движения Save the Children ("Спасем детей") IKEA наняла компанию для надзора за поставщиками в Азиатском регионе. Впрочем, эти обвинения достаточно ярко демонстрируют отношение транснациональной корпорации к населению оккупируемых ею стран.

Что касается вырубки ценных пород древесины, то ее корпорация задешево приобретает в России, в чем недавно простодушно признался генеральный директор ее российского филиала. (Кстати, по слухам, именно контроль IKEA над большинством российских леспромхозов был одним из условий погашения концерном части российских внешних долгов).

Из дешевого сырья сначала на Западе, а потом по мере развития инфраструктуры в самой стране изготовляется качественная продукция, которая затем на Западе же и продается. Обратно гонятся для реализации отходы или изделия с экологически небезупречным содержимым. (Большинство мебельной продукции продающейся в московском центре IKEA изготовлено из ДСП, а не из цельной древесины). В Европе товары эти теперь не продаются, но в том же Пакистане продолжают производиться. Угадайте, кому продают изделия, сделанные нежными руками пакистанских детей? Правильно, их родителям, а теперь и у нас).

Продвижение

История захода ИКЕА в страны третьего мира в общем-то достаточно традиционна для богатых мегакорпораций: транснациональные корпорации не любят менять единожды удавшихся схем. Концепция продвижения марки “Икеа” в России мало чем отличалась от таковой в той же Малайзии. Для народа – красивые акции, завлекание невиданным качеством и прогрессивным подходом. За всем этим – налаживание “теплых” контактов с определенными слоями элиты, коррупционные схемы, скупка за бесценок всего того, до чего можно дотянуться, непрозрачные финансовые потоки, декларируемые убытки, которые вроде как никого и не волнуют.

Начнем с того, что торговая марка “Икеа”, позиционируемая как шведская, на деле принадлежит толи датчанам, толи голландцам. Да и сама русская Икеа никакая не русская, и даже не датско-голландская, а – всего лишь “дочка” Икеа немецкой, причем опять же не дочка, а скорее падчерица с весьма скромными правами, прежде всего финансовыми.

Инвестируя все больше средств в Россию, руководство транснациональной компании все настойчивее начинает требовать у праительства таможенных льгот на ввоз мебели. Сейчас концерн платит на таможне от 30 до 80% стоимости ввозимого товара, однако настаивает на 20% -ной пошлине. Нетрудно догадаться, что это означает для отечественной мебельной промышленности: полную потерю конкурентоспособности, банкротство, и, в конечном счете, приобретение за бесценок все той же шведско-немецко-голандской корпорацией.

IKEA в России: первые шаги

Итак, схема прихода Икеа в Россию вкратце такова и принципиально выражена цитатой с официального русскоязычного сайта компании: “Мы пришли в Россию всерьез и надолго. В России замечательное сырье, огромные лесные богатства, которые интересуют наших западных партнеров”.

Открытию первого магазина предшествовала долгая маркетингово-пиаровская кампания с объяснением каждому москвичу, почему ИКЕА – это то, что ему не хватало в жизни, а также объяснение видимо того же самого мэру Химок Кораблеву и отдельным наиболее продвинутым представителям т.н. Подольской ОПГ, благодаря связям которой удалось выйти на уровень управляющим делами тогда еще будущего губернатора Бориса Громова, чью избирательную кампанию, углядев скорый конец эпохи Тяжлова, инвестировала ИКЕА. Кстати, Геннадий Селезнев до сих пор, по словам окружения, не может смотреть на огромные буквы ИКЕА, когда едет в Шереметьево.

Именно по инициативе ИКЕА и при поддержке свежеизбранного областного главы была создана концепция т.н. называемого “губернского кольца” – сети магазинов транснациональных сетей вокруг Москвы на основных транспортных развязках, встретившая яростное сопротивление городского начальства и отдельных “нетранснациональных магнатов” вроде владельцев “Трех китов” и “Гранда”.

В ИКЕА не слишком расстроились. Учитывая их связи, они уже знали, что Московская область от них никуда не денется (и последние события вокруг Шатуры и тех же “Трех китов” и “Гранда”) Они уже поняли принципиальную схему входа в Россию и переключили свое внимание уже на другой регион – Северо-Запад страны. ИКЕА поставила своей целью монополизировать два рынка – деровообрабатывающий и мебельный. Поэтому вторым шагом на пути экспансии корпорации стали мебельные предприятия Ленинградской области, прежде всего ее Тихвинского района и богатые лесные хозяйства республики Карелия. Все опять же вполне в духе. Через теплые связи скандинавских портовиков с “коллегами” и Тамбовской ОПГ СПб, традиционно контролирующей порты области и границу с Финляндию, удалось “выйти” на администрацию Сердюкова (главы Ленинградской области”), а через него – и на главу Карелии Катанандова. Так что, ждите громких заявлений со стороны корпорации о возрождении российских лесов и помощи мебельной промышленности. (Кстати, предложение ИКЕА о выплате части российского долга в обмен “всего лишь” на всю российскую мебельную промышленность – хорошо “ложиться” в описываемую стратегию – прим. Ред.).

Последний проект: мемориал имени IKEA

ИКЕА продолжает развиваться. В ближайших планах корпорации – открытие крупнейшего центра практически в сердце Москвы – на Кутузовском проспекте практически напротив Триумфальной арки и Поклонной горы. В проекте – как всегда глобальном, полное изменение исторического облика Дорогомилова, сеть супермаркетов, стоянки на тысячи машин, словом, всего, что уже есть в Химках, только больше и в двух километрах от Кремля. В этой связи, правда, возникает целый ряд вопросов.

Первое, как относится Московское правительство, не допускающее малейшее нарушение “исторического облика” столицы к появлению огромных желто-синим бункеров, которые, по нашему скромному мнению, вовсе не украсят строгий имперский Кутузовский проспект с его “сталинским ампиром” и масштабными сооружениями вроде комплекса Поклонки.

Второе, кто именно отвечает за столь позитивное отношение в окружении столичного градоначальника и сколько оно стоит?

Третья: земля, на которой будет строится комплекс, относится по закону к т.н. “территории российской федерации”, т.е. принадлежит к федеральной собственности, и на ней частично находятся предприятия Управления делами администрации Президента, которое как известно еще более трепетно относится к своим владениям, чем столичное наместничество, не говоря уж о том, что Кутузовский проспект – правительственная трасса, на которой простые граждане и чихнуть то не смогут, не будучи замеченными бдительными президентоохранителями. Третий вопрос, мы полагаем, уже ясен.

И, наконец, четвертое. Как отреагируют на все это многострадальные жители прилежащих районов и без того замученными перманентными стройками века от Сити до третьего кольца? И насколько уместно строительство столь вызывающих немецко-скандинавских сооружений перед Триумфальной аркой и Поклонной горой во то самое время, когда страна отмечает 60-летие победы под Москвой? Мы, конечно, понимаем, что у немцев к этой дате может быть смешанное отношение, но все же…

А пока эти вопросы остаются без ответа, мы приглашаем всех 3 декабря на пересечение третьего кольца и Кутузовского проспекта на церемонию закладки первого камня комплекса, посмотреть, как под аплодисменты московских и федеральных чиновников глобализм делает уверенные шаги по центру Москвы без всяких там условностей вроде вступления в ВТО.

Достижения IKEA на российском рынке - достаточно яркий пример глобализации, как ее понимают транснациональные корпорации. Внедрение во властные структуры, обеспечение поддержки криминальных группировок, захват или подавление региональных конкурентов, получение доступа к природным ресурсам - довольно типичная история. И, к сожалению, история с продолжением.